Клинок чести

Пожав плечами и улыбнувшись, я подхватил её за талию и целенаправленно повёл к входу в указанную юрту из белого войлока. Ребра жёсткости этого жилища вблизи оказались бивнями мамонтов, покрытыми тончайшей узорчатой резьбой, а натянутые на них стены стали полотном для охотничьих сцен, вышитых бисером и разноцветными нитями.

Два больших и жарких костра возле юрты затрепетали, стоило нам только приблизиться. Дрожащее и танцующее пламя взвилось на высоту человеческого роста, дохнув на нас волной сухого и тёплого воздуха.

Взвилось и опало, почти что угаснув, как замолкает сторожевой пёс, ненароком облаявший своего хозяина. И только за нашими спинами костры вновь разгорелись с прежней силой.

* * *

– Отец, мы ошибались. – горячо и торопливо шептала Илана, скрываясь в тени позади Верховного Шамана народа Э’Вьен. – Его невозможно будет контролировать. А для ритуала он пока ещё не вошёл в полную силу. Оболочка может не выдержать дух Владыки, и тогда все усилия пойдут прахом.

Как и положено послушной дочери, она заняла подобающее ей место, покинув своего спутника, стоило им только войти в юрту вождя.

Леон неторопливо откинул капюшон назад, открыв своё лицо десятерым мужчинам, в чьих руках, как они наивно полагали, находились его жизнь и дальнейшая судьба. А Видящая поспешила развеять заблуждения своего отца, в надежде, что мудрому шаману будет под силу принять верное решение и вернуть ситуацию под контроль.

– Почему ты так решила? Я вижу перед собой Одарённого Титанами, бесспорно, сильного для своего возраста, но не более.

Если он согласится взять тебя в жёны…

– Ты не понимаешь! – чуть было не сорвалась на крик девушка, наблюдая, как пленник спокойно кланяется всем присутствующим и невозмутимо садится на устилающие пол жилища ковры. Спокойная поза, бесстрастное лицо, тяжёлый взгляд тёмных глаз, устремлённый на Верховного Вождя, главенствующего на Совете Племён. – Я перестану быть дочерью Народа, если выйду за него. И по своей воле расскажу ему всё, сама вложу в его руки оружие, которым он сможет вернуть себе свободу.

Мы ошибались. Его нужно понять, прежде чем пытаться договориться.

– Что?! – недовольно обернулся к ней шаман и удивлённо вскинул бровь. В его памяти образ плачущей дочери был основательно размыт минувшими с поры её детства годами. – Что с тобой происходит, Илана?!

Илана плакала. Молча, без всхлипов, роняя горячие капли слёз и с трудом удерживая подрагивающие губы.