Империя Машин: Пограничье

В ноздри влился легкий аромат, а он потерял ощущение пространства и времени. Его как бы обволакивало ореолом спокойствия и постепенно пробуждающейся тревоги. Последняя нарастала по мере того, как он хаотично листал страницы, в глазах помутнело, Неизвестный ощутил, как руки обжигало пламя, а сердце замедленно ухало, наливаясь свинцом и колющей болью. Одеревеневшие пальцы перелистывали потяжелевшие страницы. Казалось, он силился поднять не бумагу, а литую сталь. Живот скрутило чередой спазмов. Неизвестный скорчился, и… еле сумел захлопнуть книгу, тут же отброшенную прочь.

Наступило облегчение. Неизвестный вздохнул. Воздух вновь свободно поступал в легкие, а он… кажется, получил ответ. Но, едва он расслабился, как его скрутило и смачно вырвало прямиком на обложку. Затем, через пару минут это повторилось, и он в бессилии рухнул рядом, нюхая собственную непереваренную пищу. «С таким не совладаешь» – он сумел улыбнуться сквозь слабость, и провалился в безмятежный сон.

Глава – 6 —

Когда их подняли в клетке к ободу потухшего вулкана сухость резко сменилась на сырость.

Тросы, как и сами подъемники выглядели хлипковатыми, но стража впихивала как можно больше людей за раз, чтобы содрать денег за смену. Иногда случались разрывы канатов и тогда «лифт» с несчастными летел прямиком на камни, а стражники просто отвечали, что не углядели, как пролезли безбилетники, и дело на том закрывалось. Между собой же стандартно отговаривались: «сами виноваты, куда лезли? Никто не принуждал». После прогона по стене, их пропустили во внутренний город, представляющий собой спираль из колец, каждое из которых обозначало тот или иной уровень. Проход со стены осуществлялся через откидной мост, который, в случае необходимости поднимался, чтобы никто не мог быстро покинуть вулкан. Их сразу погрузили всех вместе в крытую повозку, поэтому Неизвестный не успел рассмотреть каких-либо деталей, и, на протяжении всего пути видел лишь гравиевую дорогу.

Детей приспособили подле одного из заброшенных святилищ протекторов.

Неизвестного с Амалией не пустили внутрь, поскольку «чужаки могли осквернить священное место», как им сказал гвардеец охранявший вход. Массивные двери давно слетели с петель и их просто сложили домиком, организовав подпорки, дабы те не разъехались. На прощание Амалия подманила детишек и, предваряя их слезы, вытащила из-за пазухи световой камень. Каждый ребенок в тихом восторге дотронулся до невероятно красивого переливающегося голубоватым светом комка.