Остаться на грани

Поежившись, я попытался вглядеться в туманные очертания улицы, но из моего окна вид открывался только лишь на здание напротив. Откуда-то снизу потянуло запахом свежеиспеченного хлеба, обитатели этого райончика только-только начали выползать на улицы. Внезапно всю округу разразил зычный мужской крик. Я даже было подумал, что кто-то попал в беду, но прислушавшись, я понял, что мужчина кричал что-то о старых вещах. Вскоре в подтверждение моим догадкам на улице показался и сам кричащий. Он подобно спокойному кораблю монотонно выплывал на возвышенную часть дороги.

Еще вечером я заметил, что рельеф Стамбула был далеко не ровным, потому многие улицы петляли и то поднимались вверх, на холмы, то вновь спускались вниз. Вдруг за спиной раздался стук и дверь спальни приоткрылась.

– Ты уже не спишь? – услышал я еще полусонный голос своего дяди.

– Доброе утро, дайы![11 - Дайы (крымско-тат.) – дядя.] Нет, что-то я прямо хорошо выспался, чувствую.

– Это хорошо… Ну тогда пошли кахвалтышку[12 - Кахвалтышка (сленг.

от тур. kahvalti) – завтрак.] делать!

– Что? – немного растерялся я, не сразу поняв, что он имел в виду.

– Завтракать пошли, говорю! – приободрился дядя и скрылся в коридоре. Я второго приглашения не ждал – пустой желудок вновь дал о себе знать. Быстро одевшись и умывшись, я пришел на кухню, где уже во всю орудовал дядя Энвер. В помещении стоял такой аппетитный запах яичницы, что слюнки было сложно сдерживать.

– Сегодня нам предстоит великий день! – заметил меня дядя. Мне было по душе, что он пребывал в превосходном расположении духа.

Я очень не хотел быть обузой для него, племянником, которого он в последний раз видел еще младенцем и которого теперь должен был приютить у себя. Никогда не любил я ощущать, что кому-то было в тягость возиться со мной.

– Может вам помочь, дайы?

– Не стоит, сейчас отведаешь менемен! – подмигнул он мне. – И да, называй меня просто Энвер-а?би[13 - Аби (тур. abi, agabey) – брат (обращение к старшему по возрасту).], особенно при посторонних.

– Яхши[14 - Яхши (крымско-тат.) – хорошо.], дайы, – запнулся я, – то есть, а?би.

– Ну вот менемен почти готов! – воскликнул дядя, раскидывая блюдо по тарелкам. Пахло довольно аппетитно, а на вид оказалось не очень. Это было что-то наподобие омлета, перемешанного с тушеными помидорами, перцем и сыром. Но слюнки от запаха потекли, и я присоединился к дяде, который уже уселся напротив меня и принялся уминать за обе щеки завтрак, или как он выразился «кахвалтышку».