Явь

– Мать твою, Дисциплина! – вскрикнула Премудрая, когда ее ноги по щиколотки ушли в землю.

Точнее, это была уже не земля, а ил. Леший превратил десять метров вокруг чародейки в самое настоящее илистое болото. Женщина прочитала что-то, выбросила руки вниз, но это не помогло, ее затянуло почти до середины голени. Алексей видел, как по виску ее, из-под шлема течет пот. То ли от натуги и большого количества затрачиваемых психофизических сил, то ли от страха.

– Стреляйте в него! – вдруг неистовым голосом, совсем не похожим на свой собственный, заорала Премудрая.

 – Стреляйте!

Леший хлопнул себя по бедру, поднял глаза и взглянул в очи противницы.

– Стреляйте! – завизжала Елена. – Что вы стоите? Стреляйте!

И тут, видимо, от хлопка лешего, начало падать высокое дерево. Падало оно как раз на голову Елены Прекрасной, но со спины, и та этого не видела. И не слышала, так как дерево падало неестественно тихо, без скрежета и скрипов, так обычно деревья не падают.

– Стреляйте! – продолжала визжать чародейка, не замечая дерева.

Парням понадобилось некоторое время, чтобы прийти в себя, понять, чего от них хочет командирша, и поднять стволы своих приводов.

Дерево не долетело до головы чародейки первого класса пятнадцать сантиметров. Его поймала блоком Алена. Елена только в последний момент, когда дерево свалилось рядом, поняла, что ей грозило. Парни открыли огонь из всех стволов. Но попасть в Лешего не получилось ни у кого. Он вроде и не шевелился, и стреляли парни, не жалея снарядов, и встроенные в «Витязи» прицельные комплексы помогали не промахнуться, да только все летело мимо.

Даже ракета, пущенная Ильей, пролетела мимо и взорвалась рядом с рогатым медведем. Но взрыв ракеты просто так не проходит, лешего откинуло метра на два назад и он, видимо, потерял концентрацию на своих заклятиях, потому что ил, в котором стояла Премудрая, стал твердеть и превращаться в землю. И тут же чародейка кинула фаербол в лежачего противника, выпрыгнула из земли, и послала вдогонку еще один огненный шар. Правда, хватило и первого. Он врезался в лешего, когда тот начинал подниматься с земли, приходя в себя после контузии, и снес почти всю верхнюю половину туловища. Второй файербол поджег оставшееся. К догорающей кучи паленой шерсти и мяса подбежала Елена.

– Ну, кто победил?! Кто?! – вопила она, и пинала остатки лешего. – Тварь!

– И зачем вы его убили? – послышался вопрос, явно произнесенный из громкоговорителя бронедоспехов.