Хроники последнего лета

 – Что называется в точку! Угадал, но, правда, с небольшим уточнением. Живехонько ваше, как вы выразились, тело. И почти невредимо. Небольшие медицинские процедуры, и будет оно скакать лучше прежнего.

– Тогда что я здесь делаю?

Тощий и Белый переглянулись.

– Да, – сказал Тощий, – это резонный вопрос.

– Резонный, – подхватил Белый, – Понимаете, раз уж вы тут оказались, мы решили провести мероприятие. Можете его рассматривать, как генеральную репетицию.

– Генеральная репетиция, значит, – задумчиво произнес Рудаков.

Он немного подумал, поднял голову и показал на портрет Мао Цзэдуна.

– Подскажите, что это?

– Извините, – смущенно сказал Тощий, – это осталось от… с предыдущего мероприятия. Не успели заменить. Еще раз прошу прощения от имени организаторов.

Рудаков почувствовал себя немного увереннее.

– А что вы хотите услышать?

– Вопрос не в том, что мы хотим услышать, – Белый погрозил Рудакову пальцем, а Тощий сокрушенно покачал головой, – а что вы, Артемий Андреевич можете сказать!

– Например?

– Посмотрите в зал, подумайте.

Хорошо, дам небольшую подсказку. Сегодня мы будем говорить о культуре питания.

– Простите?

– А что тут удивительного? Практически во всех мировых религиях вопросам взаимоотношения человека и его пищи уделяется очень и очень большое внимание. Некоторые, например, считают чревоугодие смертным грехом.

Другие категорически не приемлют поедание свинины… Вы, конечно, слышали об этом?

– Да… Конечно, слышал.

– Превосходно! Так что вы можете сообщить нам интересного?

Рудаков немножко поразмыслил и осторожно сказал:

– Думаю, что в вопросах еды я не совершил ничего выдающегося. Возможно, с точки зрения какой-нибудь религии я и употреблял недопустимые продукты, но в целом ничего дурного за собой припомнить не могу.

Эти слова почему-то страшно расстроили Белого, зато явно порадовали Тощего.

И это было неприятно, поскольку именно Белый вызывал больше симпатий.

– По-видимому, Артемий Андреевич относится к категории людей, считающих, что каждому воздастся по вере его. Так, Артемий Андреевич? – вкрадчиво спросил Тощий.

Рудаков секунду помедлил и согласился. Наверное, именно эта формула наиболее точно описывала его мысли.

– Вы вольны верить во что угодно.