Демоны Петербурга

В последние дни, когда я мог уже без особых болей двигать конечностями, а взор был ясен, я пробовал экспериментировать с движениями тонких тел, памятуя о прочитанных когда-то книгах буддистских энергопрактиков, пусть и криво переведённых на русский язык. В них говорилось, что мастера умеют мысленно раздвигать или сужать границы своего энергетического тела, формировать потоки из рук, а также лечить людей и животных, создавая невидимые сферы и убирая туда болезни. Магия – в чистом виде работа с человеческим подсознанием, это я знал точно.

И практикуя, человек оттачивает свои умения. В этом смысле энергопрактики ничем особенно не отличаются от любого другого ремесла. Другое дело, что человек работает с трансцендентным, а не явным – вот и вся разница.

Самое интересное, что у меня получалось. Причём я буквально интуитивно чувствовал, что каждый день приближаюсь к чему-то, до чего доходят единицы, и то – за годы своей работы и осознаний. Я не понимал ещё, к чему иду и что за силы ведут меня вперёд, однако осознавал важность своей миссии, мне пока неведомой.

Да и потом, пережитого и увиденного было вполне достаточно, чтобы хотя бы крепко задуматься, пусть даже всё это было вывертами моего угасающего сознания в момент нахождения в коме. Что мне было уготовано судьбой, которая, увы, не имеет свойства оставлять чёткие инструкции и распоряжения, я и понятия не имел. Но понимал, что именно сейчас идёт моё перерождение. И моё становление. Становление колдуна?

***

В день моей выписки дежурила другая медсестра, которую я ранее не видел.

Она пришла ко мне в палату, раздать несколько указаний и сделать последние уколы. А затем проводила, аккуратно придерживая под плечо, в процедурную комнату, где я смог впервые помыться с большим наслаждением. Ещё вчера мне запрещалось вставать с койки, но к удивлению лечащего врача, получившего мои рентгеновские снимки и расшифровки, моё состояние было абсолютно нормальным. Не для совершенно здорового человека, конечно, но для переломанного и выздоровевшего в столь короткий срок. Гематомы уже давно рассосались и практически не напоминали о себе – так, какие-то невнятные пятна по телу, не более того. Голова уже почти перестала болеть. Я ощупывал длинный шов на своём затылке, а также несколько других, поменьше, расходившихся в стороны, и понимал, что процесс восстановления шёл быстрее в разы, чем это могло бы быть в обычном случае. Корка на коже доставляла небольшой дискомфорт, хотя волосы по всей голове были обриты ещё давно.