Эпоха титанов

– А ты хорош, – прорычал гигант, когда они с Артуром разошлись на небольшую передышку, – странно, что я про тебя не слышал.

– Всегда так, – пожал плечами наставник. Его плечи украсили два симметричных пореза, нанесенных тесаком Джонсона, – стоит только со мной познакомиться и уже пора умирать.

– Ты ведь специально нарвался на драку, – прищурившись, гигант испытующе посмотрел на Артура, – ты наемник? Кто тебе заплатил за мою голову?

– Ты сам ее мне продал, – ухмыльнулся боец и стряхнул кровь с лезвия ножа.

Бросившись вперед, Артур в последний момент нырнул под тесак и рассек сухожилия на ноге великана. Издав сдавленный стон, Джонсон зашатался и упал на колено. В глазах великана мелькнуло новое чувство – страх. Судорожно зажимая рану, он испуганно смотрел на кружащегося вокруг него Артура.

– Котел, Джеки, помогите мне! – заорал гигант, истерично размахивая перед собой ножом.

Остановившись, Артур обвел тяжелым взглядом группу охотников за удачей. Среди наемников раздались недовольные голоса, но никто из них не сдвинулся с места. Улыбнувшись, наставник медленным шагом приблизился к Джонсону. Тот, бессильно уронив в траву нож, покорно ожидал своей участи.

– Урок третий:  если решил жить по правилам наемников, не ожидай от них помощи, – коротким движением он отправил лезвие прямо в горло великана.

В последний момент завалившись на бок, Джонсон перехватил руку Артура и направил лезвие ему в живот.

– Мамочки, – тихо прошептала Марика, прячась за мою спину, – что же это…

Мы, как завороженные, уставились на ужасную картину, развернувшуюся перед нашими глазами. Под воодушевленные крики товарищей, наемник с хищным блеском в глазах продолжал вдавливать длинное лезвие в тело часто дышащего Артура.

– Урок четвертый, – прошипел на ухо обманутой жертве гигант, – никогда не недооценивай своего противника, скаут.

Глаза наемника горели торжествующим огнем. Наслаждаясь своей победой, он отпустил Артура, так и оставшегося стоять на коленях с ножом в животе. Схватив его за волосы, он задрал его голову и с издевкой посмотрел в затуманенные болью глаза.