Человек из ниоткуда

Привычку носить часы я, кстати, тоже перенял у него.

Помню, как Джулия все никак не могла правильно выговорить имя отца. Вени-Веаним-Вениамин – постоянно запиналась она, когда доходило до имени. Поздороваться там, спросить, попрощаться. Я забыл ее лицо. Вспоминаются только густые, каштановые волосы до плеч. Помню, у американки был сын, мой тезка, кстати, тоже Макс. Еще помню, Джулия утверждала, что человек на фото – это ее пропавший без вести дедушка. Она никогда не знала его имени, но вместе с фотографией нашла удостоверение моряка и мундир с медалями.

По документам его звали Майкл Питерсон. Вот только человека с фото, с такими именем и фамилией в архивах Морфлота США тех лет не нашлось. Можете мне поверить, ни паспорта с подобными данными, ни удостоверения или какого-либо иного документа в мире не существовало. Как и самого Майкла Питерсона. Человек на фото в удостоверении – тот самый, но все остальное – ложь. Мой отец потерял восемь лет, чтобы все это перепроверить и лично убедиться.

Папа рассказал девушке всю историю.

Показал фотографии, сделанные в тот день. Как только она увидела фото с большим родимом пятном на груди мужчины, ее сомнения моментально отпали. Она полностью убедилась, что это точно был ее дедушка. В подтверждение, Джулия достала еще одну потрепанную черно-белую фотографию. На ней были запечатлены несколько улыбающихся по пояс раздетых молодых парней. Они, наверно отмечали что-то. А еще была дата: 51-ый год. На груди парня посередине виднелось точно такое же пятно, такой же формы. Несмотря на то, что он был молод, черты лица без сомнений выдавали в нем того самого человека. Отец удивился. Было странно, что девушке известны такие подробности о человеке, но она не знает его имени. Та объяснила, мол, бабку свою она вообще никогда не видела, а мать сдала ее в приют сразу после рождения. Пару лет назад мать умерла, и дом достался Джулии. Здесь она и нашла военное удостоверение и фотографии. Джулия помнила: когда она была малышкой, дедушка часто навещал ее в интернате. Это был единственный родной человек, который хорошо к ней относился. Своего имени он не произносил, назывался всегда «Дедой».

-Не слишком он был молод для дедушки? Когда я впервые увидел его на фотографиях, ему было на вид чуть за сорок пять.

– Не знаю, – Джулии еще раз взглянула на все фотографии на столе, – Мне тогда было года четыре.

Я тоже молча сидел за столом со всеми и ел очень вкусное овсяное печенье с молоком.