Дневники. Книга вторая

С вами спорить…

Максим вытащил сумки из багажника и понес их в дом, а женщина крайне недовольно посмотрела на Кирыча так, что он даже глаза отвел.

– Ну. Объясни мне, какого лешего за тобой приходится, как за малым дитем, посылать? Опять с бумажками в гляделки играл? – а потом, сменив гнев на милость, посмотрела на девушку – Светочка, ты иди пока в дом, а то прохладно уже становится. Там Максиму покажешь куда что положить, хозяйничай не стесняйся.

Светка шепнула Кириллу: «А я тебя предупреждала, теперь сам отдувайся» и, чмокнув в щеку, ушла в дом.

Кирыч стоял и думал как отмазаться. Врать смысла нет, еще хуже будет.

– Катя, вы извините меня. Заработался. Но я уже Свете пообещал, что все выходные о работе ни слова.

– Чем она так тебя припугнула? Я хоть знать буду, что на тебя действует.

– Снотворное в кофе грозилась насыпать.

Женщина рассмеялась.

– Вот молодец. На заметку возьму. Ладно, не стой истуканом. Пошли уже в дом. Позвони хоть, предупреди, что Максима задерживаешь, а то парень из-за тебя получит.

– Я уже отписал на почту пока ехали.

– Ну пошли, пошли. Выглядел что в своих бумагах?

– Выглядел.

– Опять полетишь?

– Опять, но полетим.

– Светочку берешь? Правильно. Хоть там под присмотром будешь. Она у тебя золото. Береги, понял?

– Да знаю я это, Катя.

– «Знаю, знаю», а все равно по своему делаешь. Вот уйду от тебя и что делать будешь?

– Буду плакать горючими слезами и голодать.

– Ты мне тут поюмори еще. Голодать он вздумал. Я что зря готовила? Марш руки мыть и за стол!

– Так точно.

Часть вторая

Подольских Екатерину Александровну на ковер выдернули после обеда. Кадровичка выдала на подпись приказ о переводе в отдел подготовки кадров и, поохав, добавила, что не завидует Катерине Санне. Мол, натерпится она от нового начальника. Где это видано – троих уже сплавил. Да и девочки рассказывали, кошмар просто. Так что, мол, извини, но пока придется временно тебя на амбразуру, а потом что-нибудь придумаем.

Чему чему, а слухам женщина не верила.

Люди могут наговорить для красного словца много, а в свои пятьдесят с хвостиком сплетничать она считала уделом идиоток. Да и удивить секретаря с тридцатилетним стажем мог только говорящий крокодил с пейсами. И обязательно вегетарианец. Насмотрелась за свою жизнь на всякое. Именно поэтому, не обращая внимания на «загубит он тетю Катю» и «а еще говорили, что он…", женщина поправила прическу, одернула пиджак и отправилась на знакомство.