Происки Чёрного древа

Когда они ступили на твёрдую землю небольшой поляны, где тонкие кустарники жались к невысоким искривлённым деревьям, дождь разошёлся в полную силу, отчего коричневая вода в болоте стремительно поднималась, скрывая под собой слабозаметные тропы. Металлический люк на возвышенности поляны со скрипом поддался усилиям Квендара. Чернисар первым спустился во тьму, осторожно ступая по железным ступенькам лестницы, покрытой бурым налётом ржавчины. Когда внизу загорелся свет от факела, Игер спустился следом, поймал свой мешок и аккуратно принял огнемёт Утопшего, который захлопнул люк изнутри, лязгнув засовами.

Это было небольшое помещение с каменными стенами, полом и потолком из деревянных закоптившихся досок. В центре стояла обрезанная по колено человеку железная бочка, покрытая чёрным налётом, рядом покоились аккуратно сложенные дрова. Игер провёл рукой по шероховатой стене и тяжело вздохнул, опустился на корточки, прижавшись спиной к знакомой прохладе камней, но резкий кашель поставил его на колени.

Серо-зелёное мясо зашипело над огнём. Тепло медленно расползалось по убежищу, согревая голодных и уставших путников. Квендар и Чернисар сложили своё оружие у стены, заставив и Игера расстаться с фамильным кинжалом. Скороплав сжарился очень быстро, уменьшившись размером в два раза, но тем не менее этого хватило, чтобы утолить голод. Потом из ниоткуда раздался протяжный гул.

– Не пугайся, Игер, – Чернисар положил крепкую руку ему на плечо, – на болотах такое явление бывает часто.

– Никто не знает, что это, парень, но погубило многих, – Квендар обхватил себя руками за плечи, пламя играло в его зелёных глазах, – держи себя в руках. Когда я был вождём стражников Ведьминой клетки, три хороших парня погибли у меня на глазах во время подобной грозы. Больше я не хочу видеть подобное.

От грохота заложило уши, каменный пол задрожал. Глубокое урчание доносилось со всех сторон. Игер закрыл глаза, обхватив голову руками, и широко раскрыл рот, чтобы захватить больше воздуха.

Нечто неведомое подхватило его на руки и закружило в танце. Тошнота отравляла тело, колючий ком застрял в горле, солёный привкус крови заполнил рот. Уши заложило нестерпимым гулом так, что он уже не слышал ни бормотаний Квендара, ни бессвязную речь Чернисара, ни собственных рыданий…

– Игер, ты вернулся! – хрипловатый голос старика звучал взволновано, – я искал тебя по всей станции, Игер, даже поднимался наверх, в ангар.