Распечатано на металле

Я почувствовала, как шестеренки в моей памяти вновь заработали, а вместе с ними заработали и мышцы.

Я словно перенеслась во времена революции. Работать ножом меня научил один мой товарищ. Я вспомнила, как сидела в каком-то убежище, а рядом со мной – пара ополченцев, один из них резал как раз-таки ножечки из какой-то пластины, а второй стоял и смотрел на закрытый люк сверху. Я услышала томные шаги надо собою и странные голоса людей, которые, вероятно, хотели меня найти. Я посмотрела на календарь, почему-то для меня это было важно в тот момент.

Год плывет, но я разглядела число и месяц. Седьмое января, и на этом календаре написано какое-то слово, я должна его разобрать. Немедленно! Написано «ро… рожде… рождество»?! Что это такое? Это какой-то дореволюционный праздник? Я должна разузнать об этом позже. Мое внимание было сконцентрировано на металле. Моя рука сделала несколько резких движений. Сначала я начертила равнобедренный треугольник, но не довела до конца основание, а затем начертила снизу маленький прямоугольник. После этого я вынула получившийся ножичек и аккуратно его заточила. Прошлая я делала это так же легко, как пекарь делал печенье. Я молчала и дышала очень редко. Я догадалась, что в этом воспоминании революция уже свершилась, но почему меня ищут? Странно, очень странно.

Когда я вернулась к реальности, я заметила, что моя рука сделала все за меня. Я получила идеальный ножичек, который нужно было разве что заточить. Да, это не было огнестрельное оружие смерти, но я все-таки могу использовать его в случае необходимости.

Я решила, что пойду в башню только тогда, когда буду к этому готова. Я явно обезумела, но я готова пойти против всего мира одна, ведь никто больше со мной не пойдет. Я уверена. Все, что находится в башне, для меня чуждо, а значит, мне нужно найти способ остановить мой недуг. Должны существовать способы стимуляции мозга, однако сейчас я решила сделать побольше ножей. Каждый ножичек занимал у меня около трех минут с учетом заточки. Настилов мне тут хватит на сотни две таких ножичком, сейчас же я сделала уже около сотни и остановилась лишь тогда, когда увидела, что над городом начало заходить солнце. Я редко наблюдала закат, но сейчас поняла, насколько же он прекрасен и как же жаль, что его не видит почти никто в этом городе. Я десять минут смотрела на небо и расплывалась в улыбке. Увы, но закат не пробуждает во мне ничего, кроме обыкновенной радости. Я встала и начала вспоминать, как метать ножички.