Распечатано на металле

Я подперла дверь ближайшим стулом и принялась искать то, что мне было нужно. Меня окружали панели и какие-то провода. Мне стало так страшно, что никакое успокоительное сейчас мне не помогло бы. Я не умерла бы от этого, но моя жизнь сократилась на несколько лет так точно. Я должна была вспомнить, как я когда-то это делала. Прошу тебя, тело, вспомни хоть что-то. И разум. Разум, ты тоже. Пара волевых усилий – и я справлюсь. Я начала судорожно перебирать провода в поисках нужных мне. Подручными средствами я смогла перерезать провод микрофона, который использовался для рапортов в главный офис.

Было очень важно, что именно я буду говорить. Сперва нужно было обдумать это, а потом уже подключать микрофон. Нужно было что-то емкое, что-то, что заставит жителей бросить таблетки на землю и сжечь их, что-то, что пробьет их многолетний барьер из слов, убеждений и стальных взглядов, подкрепленных плетью. Я не верила себе, но я поверила своим губам.

Я подключилась к системам связи города и мой рот пришел в движение.

Я почувствовала себя свободной. Я могла позволить себе говорить.

– Граждане! Дорогие друзья! Указ Великого Часового, обязующий вас пить таблетки счастья, – это план по вашей же ликвидации. Наркотик, который подмешивают вам ежедневно, постепенно убивает каждого из вас. Он порождает в вас смерть и ужас, и через некоторое время весь город будет заполнен иссохшими наркоманами, способными лишь двигаться по инерции и жалеть о каждом дне своего существования. Мы должны сбросить с себя кандалы.

Выкидывайте таблетки! Уничтожьте эту гадость!

Я услышала, как в отделе связи поднялась паника, они блокировали мой сигнал. Я не успела закончить, но то, что мне удалось спасти людей от верной смерти, придавало мне сил и уверенности. Я почувствовала, как к моему затылку приставили пистолет. Я заметила, что вентиляция слева от меня была откручена. Именно через нее сюда проник агент Опеки. Я знала, что моя выходка это закончится этим, но моя игра все еще не была закончена.

– 991, приказом Часового я вынужден отправить вас в Перевоспитательную.

Если вы сейчас же не поднимите руки вверх, я нажму на курок.

Что же, давай поиграем, сукин сын. Еще со времен тренировок с Уинстоном я помню, как можно отобрать оружие у человека, совершив всего лишь отвлекающий маневр.

Я подняла руки.

– То-то же!

Он опустил пистолет и уже замахнулся, чтобы ударить меня по сонной артерии. В это время я перехватила его руку и локтем ударила его по подбородку.