Пощекочи нервишки. Святые бензопилы. Horror

Актер остановился и с высоты своего громадного роста благодушно посмотрел на девушку. Алабама и без того была небольшого роста, а рядом с Зубодеровым выглядела как Дюймовочка.

– Да, Алабама?

– Мистер Зубодеров, если вы все-таки будете снимать продолжение «Ржавых зубьев», то, пожалуйста, возьмите меня в новый фильм.

Зубодеров ласково погладил девушку по голове.

– Милочка, тебе нужно строить карьеру. А на одних ужастиках карьеру не построишь.

– А как же Петр Кущин, Егор Прайс, Крис Ли, они все играли в самых первых фильмах про «Ржавые зубья» и получили множество наград.

– Деточка, сейчас их уже никто не помнит. Петр Кущин, кажется, то ли завхоз, то ли сторож, Прайс одно время был директором банка, а сейчас продает гробы, Крис Ли вообще открыл аптечную лавку. Поэтому нет, строй свою карьеру в других фильмах. Чтобы играть в фильмах ужасов, нужно жить в них.

– Ну пожалуйста? – простонала девушка, выпятив нижнюю губку и наполнив глаза слезами.

Доброе сердце Зубодерова дрогнуло.

Он порылся во внутреннем кармане пиджака и подал молодой актрисе свою визитку.

– На, возьми, если я забуду, то ты мне напомни, что я пообещал тебе роль в новом ужастике.

– Спасибо.

Девушка прижала картонную карточку к своей груди и смотрела вслед уходящему Зубодерову.

3

Пентхаус Вандерблюма находился на самой вершине небоскреба. Зубодеров, казалось, целую вечность поднимался на лифте. Через прозрачные стены перед исполнителем роли маньяка распахивался эффектный вид на весь город.

Солнце стояло, высоко освещая белоснежные здания. Небоскребы блестели зеркальными окнами. Небо было чистым и без облаков.

Лифт остановился, двери разъехались в стороны, и Зубодеров вступил в приемную. Двустворчатая красная дверь вела в покои его денежного высочества директора кинокомпании, на которой происходили съемки двадцатой части «Ржавых зубьев». Кресло секретарши пустовало. Хрупкая молоденькая старлетка сидела в одном из громадных кресел. Она с испугом поглядывала в сторону двухстворчатой двери.

Было видно, что она сильно волнуется. Худенькие ручки мяли сумочку, лежавшую на коленях. Кроме девушки и Зубодерова в приемной никого не было.

Зубодеров вежливо поздоровался с молодой актрисой.

– Вас Ирина зовут? – вспомнил знаменитый актер. – Директор на месте?

Девушка заулыбалась, обрадовавшись, что знаменитый актер знает ее имя.

– Я давно здесь сижу. Меня вызвали к директору, зачем – не знаю.