Ренегат

До ушей донёсся рокот, словно где-то поблизости начали рушиться горы. Я ещё не успел до конца осознать, что происходит, как раздался оглушительный треск. Подняв голову вверх, успел увидеть, как по сводчатому потолку залы быстро бежит трещина. Вниз посыпались мелкие камешки…

– Рилл, ко мне! – рявкнул я, рванув к кубу. Сейчас только внутри него можно найти спасение…

Коснувшись нужной руны, вжался в каменную стену, и вновь поднял голову вверх. Из расширяющейся трещины вниз падали уже не мелочь, а целые булыжники.

– Крак-к! – раздался повторный треск, и купол начал стремительно складываться внутрь, прямо на наши головы…

Материк Артхайн. Вторая цитадель ордена. Внешняя стена. Кон Александр.

– Как думаешь, конмэ, война начнётся? – не отрывая взгляда от удаляющегося корабля иносов, поинтересовался ко'тан Хмал. Он, вместе со своей звездой, временно попал в подчинение Александру, и вот уже второй день задавал один и тот же вопрос.

– Нет. – ответил офицер. В отличие от старшего воина, он следил за одинокой фигурой, неспешно шагающей к стенам цитадели.

Гер'кон Михаил, правая рука арата Всеволода, возвращался с переговоров, инициатором которых выступили небожители. Двое суток назад их корабль приблизился к цитадели, и впервые на памяти Александра опустился на землю.

В то время, как по всей цитадели звучала тревога, а орденцы собирались в боевые расчеты и поднимались на стены, от корабля отделился один человек. Он отдалился от судна на две сотни метров, после чего остановился, и поднял белый флаг, запрашивая переговоры.

И сейчас, глядя на приближающуюся фигуру, Александр думал о том, что он, пожалуй, единственный, кто догадывается, о чём договаривались смертельные враги.

Глава 4

Слишком много всего

Стена расступилась прямо за моей спиной. В самый последний момент, когда защитные плетения начали вспыхивать, принимая на себя первые удары каменных осколков. Нас с питомцем фактически втолкнуло внутрь куба, из-за чего мы повалились на пол. Стоило оказаться внутри, как проход мгновенно затянулся, отрезая нас от обвала.

При этом я хорошо слышал грохот, сопровождающий обрушение.

Тонко заскулил Рилл, чего я за охотником никогда не замечал. Обернувшись к питомцу, с трудом сдержал ругательство – черная шкура зверя кровоточила сразу в нескольких местах. А ведь у охотника имелась своя магическая защита, да и я пытался укрыть собой чёрного, насколько это было возможно.

– Ты как, дружище? Потерпи, сейчас помогу.