Брошенная колония

Правда, в нескольких местах, где грунтовка была засыпана щебнем, двигались гораздо быстрее.

На въезде все как всегда: очередь из тружеников сельского хозяйства, которые привезли на реализацию продукты. Сторожье – довольно крупное поселение тысяч на пятнадцать жителей, все-таки второй город княжества. А вокруг города в часе езды примерно семь-восемь фермерских анклавов, которые город кормили. Город же их защищал. Там вахтовым методом жили дружинники и магички-слабосилки, не выше четвертой ступени, которые следили за зачарованными стенами, лечили крестьян, погодой управляли.

Жизнь, конечно, на фермах была не сахар – туда продавали преступников работать на полях, на аграриев чаще всего работали егеря, поскольку люди подвергались атакам тварей гораздо интенсивней. Нередко бывало, что такие анклавы гибли. Но происходило это не очень часто – княжество их берегло.

– Цель прибытия? – спросил хмурый усатый и бородатый офицер на КПП.

– Егерь, возвращаюсь с карательной операции. Логово лесовиков зачищал.

Работал на городской совет.

– Имя, фамилия, прозвище?

– Игнат, Демидов, Видок.

– А пассажир тоже егерь?

Игнат покачал головой.

– Нет, спас его в логове.

– Вылезай, – скомандовал офицер Свену. – Тебе к дознавателю, потом решим, что с тобой делать.

Импресарио посмотрел на Игната.

– Ну что, до свидания, и спасибо за все.

– Прощай, – махнул рукой Видок. – Удачи тебе, и помни, что я сказал.

Свен кивнул и, выбравшись наружу, пошел следом за солдатиком, топтавшимся рядом.

– И что это ты ему говорил? – напрягся офицер.

– А тебе какое дело? – удивился Игнат. – Есть вопросы? Задерживай. Нет? Пропускай.

– Езжай, недоделок, – махнул тот рукой.

– Ты чего там ляпнул? – мгновенно вызверился егерь. – А ну повтори.

– Ничего. Давай серебрушку и вали, – решил не усугублять конфликт проверяющий, причем конфликт, который он же сам и спровоцировал, – с него за такие дела погоны сорвут и отправят на дальнюю ферму коров стеречь.

– Думай, на кого пасть разеваешь, служивый, и что из нее вылетает.

Швырнув серебряную пластину чека на землю к ногам охамевшего офицера, Игнат медленно выжал сцепление и направил багги в проход со сканерами, оставив за спиной бешеного и злого вояку.

В принципе проверяющий кое в чем был прав, только про недоделанного ляпнул зря – многие за такие слова огребали по морде, лишаясь зубов, а иногда и жизни. Таких, как Игнат, называли непокоренными или неизмененными. Видок был из другого теста.