Клинсмер

 – Это один из самых больших караванов, которые я видел. Почти семь сотен охраны.

– Интересно хоть одним глазком бы взглянуть на то, что они везут, – разглядывая очередную фуру, проплывающую мимо, произнес Сергей.

– Язык попридержи, – строго произнес сержант, – а то взглянешь одним глазком, только глаз твой будет лежать на ладони их командира. Да и тебе это знание будет уже без надобности.

Сергей, почувствовав, что начальство дело говорит, пасть закрыл и больше до самого Владимира не произнес ни слова.

Ночевал я уже в своей комнате. Всем, кто сопровождал караван, предоставили три дня отдыха. Поминки по погибшим «витязям» были назначены на послезавтра. За стволы, которые я сдал лично, получил тысячу двести рублей, еще четыре были реквизированы в мою пользу из карманов каннибалов. За два миномета и ящики с минами была обещана премия в размере трех тысяч на брата. Весь следующий день я отсыпался. На улицу вышел лишь для того, чтобы сходить в магазин, поскольку в общаге за полторы недели, что меня не было, на двое суток отключили свет, и тушенка, оставшаяся в холодильнике, протухла.

На третий день я появился в отделе. В общей столовой было не протолкнуться, девушки, работающие в «витязе» строгали салаты и что-то варили в многочисленных кастрюльках. Парни сидели хмурые.

– Самые большие потери за последний год, – произнес один из парней, сидящих за соседним столом.

– Точно, – судорожно прикурив, согласился его собеседник. – Пятнадцать человек завалили на трассе, четверо скончались, не доехав до Владимира, еще трое на операционном столе.

Итого – двадцать два.

– Последний раз такое было почти год назад, когда нас бросили против банды, что атаковала Муром, там двадцать пять наших осталось. Значит, вскоре в отделе появятся много новых лиц.

Курящий парень снова кивнул, соглашаясь с очевидным.

– Ну что, Влас, отоспался? – плюхаясь на лавку возле меня, спросил Сергей.

– Вроде того, – пожимая протянутую руку, отозвался я.

– Ну, тогда гони штуку, – достаточно бодро произнес он, – мы тут семьям ребят собираем.

– Не вопрос, – произнес я, запуская руку в наружный карман и вытаскивая оттуда сложенные деньги. Отсчитав требуемую сумму, протянул Сергею, который тут же спрятал их к себе.

– Вообще-то не положено вроде как, – произнес он, – Княжество платит семьям погибших дружинников посмертные, но пока их получишь. Вот и собираем с ребят. Начальство смотрит неодобрительно, но молчит.

– Да я понимаю.