По зову сердца

Запасной батареи тоже не имелось, но вот то, что БАР потихоньку мог, как и андроиды, высасывать энергию из окружающего пространства, было плюсом, правда, он переходил при этом в спящий режим. Но ближайшие дней пять можно не беспокоиться, что тот вырубится.

– Остаешься охранять, – приказал Рэм. – При любой подозрительной активности за периметром, извещать немедленно. Обслуживание батарей дронов тоже на тебе. Приказ ясен?

– Да, командир, – отчеканил робот.

– Тогда приступай, – скомандовал Булавин и повернулся к синте.

 – Ну, что, Грая, я, пожалуй, пожую, и будем спать, устал я.

– Давай, – легко согласилась девушка. – Мне-то сон без надобности, перейду в режим ожидания, подзаряжусь. А то элемент питания староват, расход энергии с каждым годом увеличивается. Раньше без проблем можно неделю на одной зарядке прожить, а вот теперь дня четыре максимум, так что, лучше сейчас, чем потом.

Рэм кивнул и, достав из кофра портативную плитку и рацион концентратов, принялся готовить ужин.

Перед охотой требовалось хорошо отдохнуть.

Глава третья

После плотного ужина Рэм взбодрился, даже накатил пятьдесят грамм из запасов, что выдал ему Трэг. Спать расхотелось.

– Какой план? – заметив преображение спутника, поинтересовалась Грая.

Рэм поднял глаза, внимательно глядя на собеседницу.

– Если на завтра – то выдвинемся в городок, осмотрим часть комплекса, которая на поверхности. БАРа оставим на охране, думаю, тринадцатый справится с этим, а мы пойдем вниз.

А если на прямо сейчас, вроде спать собирался, да только вот сон ушел. Есть предложения?

– Как ни странно, да, – улыбнулась Грая, садясь напротив и выкладывая на стол голографический проектор. – Будем кино смотреть.

– Хорошая идея, – согласился Булавин, доставая сигарету. – А что смотреть будем?

– Маску свою помнишь? Ту, которая веселила всех.

– Скрам? Интересно, запускай.

Синта кивнула и отдала мысленную команду.

Над столом возник голографический экран, пошли титры.

Вечер прошел отлично, теперь Рэм понял, почему все ржали, когда видели маску Скрама. Более нелепого маньяка представить сложно. Штопор смеялся так, что выступали слезы, которые он вытирал рукой. Эпизод, когда Скрам трижды демонстрирует на себе парализатор и бьется в конвульсиях на полу, а жертва, привязанная к столу, просит повторить, поскольку не поняла действия, довел его до истерики.