Темный охотник. Книга 3

Часть вооружена кривыми кинжалами, кто-то с копьями, несколько мечников.

Ярость всесокрушающей волной затопила сознание. Эти твари посмели напасть на меня там, где я считал себя в относительной безопасности, практически на пороге дома. И хотя стрелы, которые летели с крыш домов и из-за углов заборов, были изготовлены альвами, оружие и одежду нападающих я узнал сразу. Так же были экипированы воины, захватившие дворец императора. Глупцы, им тогда не удалось со мной справиться, на что они рассчитывают теперь?

«Волна разрушающая» широким полукольцом понеслась от меня в одну сторону, а следом за ней вторая, только в противоположную.

«Туман войны» на некоторое время скрыл меня от стрелков, но совершено не мешал увидеть последствия моих заклинаний. Все, до кого дотянулась магия хаоса третьего порядка, превратились в изуродованные, местами обугленные, местами изъеденные ядом останки. Поверхность мощеной камнем улицы превратилась в сплошные рытвины, дома, стоящие рядом и попавшие под удар, имели как минимум по одной разрушенной стене.

А затем я принялся выбивать стрелков. По одному, не спеша, обнаруживал их места укрытия и швырял туда молот. На мое удивление, никто не пытался скрыться, хотя у некоторых лучников была такая возможность. Под конец последние трое оставшихся в живых вообще вышли мне навстречу. Один из них несколько отличался от остальных, более рослый, да и лук у него был настолько хорош, что я даже сквозь пелену ярости, туманящей сознание, пожелал его опробовать.

Вот он и заговорил, а я позволил ему высказаться.

– Нас отправили покарать лживого, подлого убийцу, со спины напавшего на наследника Лучезарного, а ведь он был ещё ребенком. Но я вижу перед собой могучего, храброго и умелого воина. Я понимаю, что нас обманули, но закон требует выполнить приказ или умереть. Для меня честь погибнуть от твоей руки, росский князь!

После слов старшего вся троица дружно кинулась мне навстречу, продолжая стрелять из луков.

Огония умирающих, они даже не успели снять «Покров силы», когда я убил последнего, предводителя, сумевшего дважды увернуться от моего молота, прежде чем лишиться головы.

Избиение халифатцев кончилось, а я, споткнувшись от усталости, медленно подошёл к лавке, стоящей в маленьком дворике одного из разрушенных домов. Сел, откинувшись на спинку и прикрыл глаза.