Странник

Он отступил к огромному разросшемуся кусту и скрылся в его ветках так, чтобы выход из дома был прекрасно виден, до ступеней меньше трех метров.

Голос в доме стал тише, но его обладатель, похоже, настолько свихнулся, что не замолкал. Егор с трудом разбирал слова, да и нечего было особо слушать в этом диалоге, все сводилось к трем вещам – поймать, убить, сожрать.

Обладатель неприятного голоса и шизофрении вышел на ступени, ведущие в сад, спустя пять минут. Это был низкий коренастый мужчина, заросший до безобразия.

Волосы спутаны и свалялись, два карих глаза сияли безумием, изодранные лохмотья «одеждой» язык назвать не поворачивался, когда-то это были тактические штаны-тельник. Самым целым из всего этого оказались берцы, но они выглядели, как два комка грязи. В руках он сжимал арбалет, хотя эту самоделку скорее следовало считать самострелом, наверное, даже первые из них были сделаны лучше, чем этот. На поясе у мужика был здоровенный кухонный тесак, которым повара рубят мясо.

– Здесь он, я чую его страх, Тень, – втянув воздух, как зверь, проскрипел мужик.

– Ты добудешь его, Охотник, – ответил он сам себе, но на полтона ниже, пародируя интонации женщины.

Раевский затаил дыхание, получить самодельным болтом в брюхо не хотелось. Наконечник был сделан самопально, но довольно качественно, такой оставит рану, что истечь кровью будет делом пары минут. Главное, в корпус попасть, не важно, куда.

Безумец, наконец, заткнулся и, сверкая глазами, пытался обнаружить Раевского. Правда, таращился он пока что вглубь заросшего сада, и у него имелась причина – высокая трава ещё не успела распрямиться и полностью скрыть тропинку, по которой Егор ходил к сараю за лопатой.

Раевский старался дышать тихо и только ртом, но даже так было невыносимо, воняло от безумца так же, как он выглядел, застарелый пот, грязь и тухлятина. Что послужило триггером, Каскад так и не понял, то ли и вправду псих его учуял, то ли заметил что-то, но он резко развернулся и нажал на спуск, всаживая стрелу в куст, среди ветвей которого укрылся Раевский.

Спасло то, что за мгновение до выстрела Егор качнулся в сторону, насколько это позволяли густые и упругие ветви. Болт рванул рукав анорака и все же зацепил бицепс, но не так сильно, как если бы он вошел точно в правую грудь.

Мужик был очень быстр, таких Каскад никогда не видел. Стрела еще только сорвалась с ложа, а самострел уже падал на ступени, в руках безумца словно из неоткуда возник здоровенный мясницкий топор.