Многоликий странник

– Нож!

Хейзит чуть не обжегся, перехватывая рукоятку. Кровь под раскаленным лезвием зашипела. Аппетитно потянуло жареным мясом. Операция закончилась. Только теперь все увидели, почему Фейли в самый тяжелый момент сохранил молчание: Фокдан отнял от его рта прокушенную до крови ладонь и с кислой миной направился к ручью ее мыть. Хейзит кинул ему использованную тряпку, велев заодно ее простирнуть.

Пока Фейли заново перевязывали ногу – на сей раз не туго, просто, чтобы случайно не попала грязь, – Мадлох и Исли брезгливо, но внимательно изучали стрелу.

– Либо шеважа научились ковать железо, – сделал заключение толстяк, – либо они используют против нас наши же собственные наконечники. Нужно будет при случае подсказать оружейникам, чтобы делали поменьше зазубрин – себе дороже выходит.

– А лучше вообще делать стрелы без наконечников, – неудачно пошутил Мадлох и сам же перевел разговор на другую тему: – Что теперь будем с ним делать? – Он кивнул на Фейли, который находился под воздействием вербены и мирно спал на спине, вытянув ноги и разметав руки по цветочному склону холма.

– Кажется, он уже это делает. – Хейзит указал в сторону кустов орешника, где Фокдан, орудуя ножом и здоровой рукой, срезал стволы подлиннее да потолще, превращая их в жерди. – Если я не ошибаюсь, у нас скоро будут вполне приличные носилки.

Можно было бы отложить сборы на утро, но всем явно хотелось завтра отправиться в путь поскорее, так что если Мадлох лишь наблюдал за действиями Фокдана, хотя и с благодарностью, то Исли не стал сидеть сложа руки и решил ему помочь.

– Надо было поймать того наездника и отобрать у него лошадь. Тогда бы мы давно уже на заставе у Туллии отдыхали, а не здесь сидели, – с недовольным видом вздохнул Мадлох.

– Что ж ты его не поймал? – откликнулся Исли, затягивая прутья в тугие узлы.

Вместо ответа Мадлох отмахнулся и улегся рядом с Фейли.

– Почему у нас такая дурацкая погода? – заговорил он через некоторое время снова. – Днем от жары подыхаешь, а под утро дубеешь от холода. Видать, что-то в природе меняется.

– А давно ль ты последний раз на земле просыпался? – возразил ему, не прерывая работы, Исли. – Сдается мне, что все больше под крышей да возле костра. Вот и не замечал холода. А шеважа, те давно это заметили и теперь только на деревьях и живут.