Многоликий странник

Двор, в который они вступили, мало чем отличался от двора их собственной заставы: те же деревянные избы, хозяйственные постройки, амбары с провиантом, вооруженные кто чем стражники, неторопливо прогуливающиеся по рантам. Только холм, на котором возвышалась высокая деревянная башня, был насыпан в самом центре двора, да к звукам леса и солдатской жизни примешивалось тихое ржание лошадей.

Тулли оказался, как ему и следовало по чину, в башне. Он сидел на втором ее этаже, в трапезной, за широким дубовым столом и ужинал, запивая бараньи ребра добрым хмельным пивом.

Сказывалась относительная близость заставы к замку и проистекающие от этого возможности по части снабжения.

При виде Киля розовощекое лицо Тулли нахмурилось, но когда следом за лазутчиком в помещение один за другим вошли усталые путники, он просиял, поднялся из-за стола и приветствовал их с распростертыми объятьями. Именно такой, каким его запомнил Хейзит во время своего предыдущего визита.

Тулли отпустил лазутчиков подкрепиться с дороги с условием, что они, не откладывая, вернутся в лес к исполнению своих прямых обязанностей, а сам усадил нежданных гостей за стол и позвал слуг, чтобы те позаботились о достойном угощении.

– Вы едва разминулись с Локланом и его свитой, – первым заговорил он, когда все заняли свои места и машинально взялись за наполненные до краев бокалы. – Похоже, он так спешил показать свою новую знакомую отцу, что переночевал у меня прошлой ночью, а утром отправился в замок.

Надеюсь, дождь не успеет его замочить. Вы ведь видели его рыжую красотку, не так ли?

– Видеть-то видели, – ответил Фейли после короткой паузы. Он словно выждал, не захочет ли кто взять вынужденную необходимость портить столь гостеприимному хозяину настроение на себя, однако желающих не нашлось, и он продолжал: – Да только думаю, про нее все забудут, когда узнают о том, о чем сегодня знаем, увы, только мы. – Заметив, что Тулли поставил бокал на стол и насторожился, он посмотрел на своих спутников, будто призывая их в свидетели.

 – Шеважа перешли в наступление. Они научились управлять огнем. Наша застава сгорела. Ее больше нет. Боюсь, нам придется, не откладывая, поспешить следом за Локланом, чтобы предупредить Ракли.

– Нет уж, сидите! – резко повысил голос Тулли и даже закашлялся. – О таких вещах на скорую руку не говорят. Голод и усталость – плохие друзья и советчики.