Многоликий странник

Вопросительный взгляд его серых глаз говорил об уме и желании во всем разобраться, прежде чем принимать решение.

Уил остановился и инстинктивно показал пустые ладони. Бородатый удовлетворенно кивнул, что-то сказав напарнику. В этот момент раненая девушка застонала, и тот, склонившись к ней, словно вмиг позабыл обо всем на свете. Опираясь на топор, бородатый стал наблюдать, как зеленый корпит над ее окровавленной ногой.

– А дубовые листья и точно, не помешали бы, – заметил, оглядываясь через плечо, Гейвен. – Жалко, если она ногу потеряет.

– Смотри, чтобы ты сам из-за нее ничего не потерял, – хмыкнул Фокдан, подмигивая удивленно застывшему на некотором отдалении безоружному чужаку. – Например, голову.

Девушка предприняла попытку сесть и помешать Гейвену потуже затянуть концы платка, однако новый приступ боли заставил ее вскрикнуть и откинуться навзничь.

– Похоже, если она даже и выкарабкается, то перекусает половину заставы и нам все равно придется ее убить, – усмехнулся Фокдан. – Посмотри, какие у нее зубы.

Как у дикой лесной кошки.

– Она и есть лесная кошка, – неохотно отозвался Гейвен, осознавая комичность своего теперешнего положения и надеясь со временем подобрать для него надлежащее оправдание. – Кстати, эта кошка знает о лесе и его обитателях все. Так что есть все основания для того, чтобы ее как следует порасспросить. Но сперва ее нужно привести в порядок.

– Все равно ты же знаешь, что Граки не позволит оставить ее в живых. Расспросит, может быть, а потом велит посадить на кол.

Или, в лучшем случае, повесить. – Фокдан снова покосился на молча наблюдающего за этой сценой Вила и добавил со вздохом: – Если только он сам еще жив. Наших сегодня полегло много. Слишком много.

Гейвен оставил в покое ногу девушки и выпрямился. Одного внимательного взгляда на бывшее поле брани хватило, чтобы согласиться с правотой слов Фокдана. В воротах лежала гора трупов: рыжие шевелюры вперемежку с блестящими на солнце шлемами. Только что небрежно сбрасывавшие со стен тела врагов вабоны теперь бережно поднимали павших на рантах собратьев и медленно сносили их по ступеням вниз, туда, где расхаживал Шиган, с нарочитой деловитостью указывая, что делать с ними дальше.

Погибших воинов укладывали в ряд вдоль стены, переворачивали на живот, чтобы их сердце оказывалось ближе к земле, и шли за следующими. В ряду уже лежало восемь тел.

То же самое происходило и по другую сторону от ворот. Там руководил Дайлет, предводитель утренней смены эльгяр.