Патриоты

А знаете, что еще называют правилами приличия? Патриотизм. Скажи хоть слово плохо о стране, где ты родился, и тебя обольют грязью с ног до головы, раскритикуют за то, что ты не патриот, прогнулся под врагов, хочешь, чтобы Государство было захвачено злобными американцами и превращено в американскую колонию. А ты всего лишь сказал, что тебе не нравится, когда пенсионеры едят просрочку с мусорок.

Лицемерие всюду. Везде. В каждом человеке, что мнит себя патриотом. Нет, он не патриот, он всего лишь лицемер. Тот, кто убил собственных родителей, а теперь просит о снисхождении, ссылаясь на то, что он сирота.

Директор продолжал говорить громкие слова о Президенте, Государстве и нашей конкретной школе, о том, как много первый делает для второго и третьей. Его рассказам вторили громкие аплодисменты, доносившиеся из зала. Странно, что кто-то всерьез в это верит…

Его прервал резкий дребезжащий звук. Прозвенел звонок. Восемь сорок утра. Наше небольшое учительское собрание перед началом уроков закончилось.

Я вышла из актового зала через скрипучую фанерную двойную дверь плохого качества, предварительно расписавшись в какой-то бумажке. Таким образом, все здесь подтверждали свою причастность к грядущим выборам. Соглашались в очередной раз помочь Президенту добраться до власти.

Громким топотом по кафелю пронесся стук каблуков нескольких десятков пар ног, все они выходили из зала и отправлялись по своим кабинетам, дабы начать уроки. Уроки у сотен детей, потерявших детство.

5

Гражданка I

Я сидела за столом в аккуратной, ухоженной кухне, которую только что отдраила. Наряду с этой небольшой комнатой мною были вычищены до блеска две спальни, гостиная, коридор, ванная и уборная, прихожая. Все сияло от чистоты. Ни единой пылинки не осталось на столах, стульях, рабочем компьютере отца, прикроватных тумбочках, на подоконниках. На зеркалах и окнах не было ни одного развода.

Однако, важны ли разводы на стеклах, когда вся твоя жизнь – один большой развод?

Шестнадцать лет назад кто-то злобно посмеялся и сделал так, чтобы я родилась в Государстве, в семье тех, кто считает меня рабыней и, будто не видя идеально чистого дома, придирается к количеству еды в холодильнике.

Он спросил, где она, его еда, почему я не приготовила.

– В магазине. – ответила ему я и получила звонкий удар по лицу тыльной стороной ладони.