Патриоты

Я исчезну где-то на окраинах Столицы. Мое имя в подписи к интервью станет последним, что от меня осталось. Только имя и несколько сотен строк текста на одной из многочисленных веб-страниц сайта нашего интернет-издания…

Но этого не случится. В тот день я был готов ко всему. Два дня назад я получил визу в посольстве, купил билет на самолет и заказал такси. Я закончу работу над интервью и отправлю его в издательство. Они опубликуют текст завтра днем, после чего я улечу, не дожидаясь того утра, когда за мной явятся гвардейцы Президента.

Я исчезну, но не так, как они хотят, не на их правилах. Поле для этой игры будет перевернуто. Я начну новую жизнь где-то в Австрии. Но прежде закончу работу над интервью.

Я мчал на велосипеде по колдобинам пригорода Столицы, по раздолбанному асфальту в окружении проносившихся рядом, почти вплотную ко мне, машин. При жизни в тоталитарном государстве, где пятая часть населения перебивается голодом, находясь за чертой бедности, последнее, о чем тебе остается думать, так это о наличии велосипедных дорожек для комфортного передвижения по городу.

У меня в наушниках звучало радио. Какая-то утренняя программа. Одна из тех, какие крутили по главным государственным телеканалам. Диктор приветствовал всех и говорил, что на вчерашней вечерней пресс-конференции ручка на столе Президента лежала не так, как обычно. Он рассказывал о том, что могли значить подобные перестановки, пока я ехал мимо череды из десятка распахнутых мусорных баков, стоявших вдоль дороги, напротив нескольких жилых домов, через толстую полоску грязного и облезлого коричнево-зеленого подобия газона.

Из баков валился мусор, вокруг стоял жуткий смрад, летали голуби и бегали нередкие крысы. Я остановился на светофоре, передо мной было несколько машин сомнительного качества. Прорыв Государственного автопрома. Рывок Президентского машиностроения.

На таймере светофора быстро сменялись цифры: 79, 78, 77. Я смотрел вокруг себя, периодически поглядывая на красное табло.

Неподалеку от мусорных баков стоял магазинчик, совершенно обычный. Вероятно, именно в такие, как этот, в свое время ходили все известнейшие серийные убийцы. Сразу после очередного убийства они вырезали трупу печень, затем шли в душ, меняли одежду, делали деловитый вид и шли в этот самый магазин с упаковкой мелко нарубленной печенки с надписью «Говяжья печень, 120 г», напечатанной на дешевой фотобумаге дешевым струйным принтером.