Узы холода

Окровавленные руки дрожали и леденели. Майкл чувствовал, что становилось холоднее и порывы ветра со снегом быстро тушили обломки фюзеляжа. Строгий, изрядно подранный костюм не годился для условий севера, поэтому Грант решил сохранить хоть один горевший обломок, чтобы поддерживать огонь и не замерзнуть до прибытия спасателей.

Через двадцать минут в хвосте самолета уже горел маленький костёр, который стал спасением для Майкла, ведь снаружи началась метель. Отыскав в кабине пилота личные вещи лётчиков, он укутался в куртки, штаны, пиджаки и забился в угол, смотря на рыжие языки пламени.

В холодильнике даже уцелела бутылка коньяка, которая теперь помогала Майклу согреться и отвлечься от ужаса происходящего. Время от времени он подбрасывал в огонь детали кожаного дивана, кресел и столиков. В самолёте Майкл обнаружил пожарный щит, где был топорик. Благодаря ему, Грант мог разламывать мебель. Сквозь огонь парень видел Рональда. Его уже слегка припорошило снегом. В кабине пилота оставались ещё три мертвеца: два пилота и бортпроводник.

– Когда же они прилетят за мной? – повторял парень, вглядываясь в огонь. – Когда же меня спасут?..

Грант проснулся от скрипа и стуков в конце кабины. Он сонно открыл глаза. Стояла ночь. Костёр уже потух, а аварийное освещение почему-то перестало работать. Майкл выглянул в иллюминатор. Буря утихла, и на земле лежали горы свежего снега. Вновь резкий звук. Грант всмотрелся в темноту и застыл от ужаса. Сгорбленный мужской силуэт стоял над Рональдом.

Парень инстинктивно сжал в руке топорик. Внезапно, неизвестный, будто что-то услышав, насторожился и выпрямился. У Майкла перехватило дыхание. Почему-то он был уверен, что это не спасатели…

Неизвестный резко повернулся и посмотрел на Гранта ярко-зелёными глазами. Он с воплем побежал на парня. Грант хотел вскочить, но тело не слушалось. Вещи будто вдавили его в пол и не позволяли двигаться…

…Майкл с криком вскочил, разбросав одежду по полу.

Перед ним была та же искорёженная соснами пассажирская кабина. Парень сел у потухшего костра и опустил тяжёлую голову на руки:

– Проклятые кошмары…

Грант поёжился от сквозняка. Утро выдалось морозным и безоблачным. Повсюду лежал снег, и его стало в разы больше, чем ночью. Ветки елей и сосен даже прогибались под его тяжестью. Взорванные турбины забило снегом, поэтому дым, единственный видимый указатель места крушения, давно испарился.