Вечная империя. Вторая часть

– Я никогда особо не любил Лукиана, – закончил Юлиан и из его широко растопыренных пальцев неожиданно выплеснулся ревущий поток магической энергии. Серый среагировал мгновенно. Острый коготь резанул горло Лукиана, не хуже отлично заточенного бергантского кинжала. Кровь брызнула из раны дождем, но в этот момент магический удар настиг и жертву, и палача. Пламя на миг отразилось в расширенных от ужаса глазах Лукиана и Горгафа, а затем захлестнуло обоих подобно горной лавине. Душераздирающее шипение, слилось с человеческим воплем в единую какофонию боли.

Несколько минут магия бушевала вокруг скрюченных тел, делая их все меньше и меньше. Наконец, Сила истаяла, оставив от Лукиана горку пепла. Тело Горгафа сохранилось лучше, хоть и сильно обгорело. Над ним поднимался густой дым, расползающийся по поляне и наполняющий ноздри невыносимой вонью.

Юлиан закашлялся, брезгливо морща нос, но Рем, в отличие от него, стоял неподвижно. В его сознании навсегда остались расширенные глаза Лукиана, в которых отразилась такая боль, такой ужас и безысходность, что Рему самому хотел сесть на землю и завыть.

Зарычав, он внезапно прыгнул к Юлиану, забыв про скованные руки. Юлиан ловко увернулся от броска, а затем ударил в ответ. Носок сапога со всей силы вонзился в живот Рема. Любой другой бы скрючился от боли, но Рем лишь помотал головой и вцепился зубами в ногу Юлиана. Тот принялся бешено наносить удары свободной ногой.

– Что здесь происходит? – неожиданно раздался знакомый голос.

– Вы что не видите?! – Юлиан снова отвел сапог для удара.

 – Да оттащите же его! Он мне сейчас ногу отгрызет! Еще немного и я с удовольствием поджарю его бешеные мозги!

Сильные руки крепко схватили Рема и потащили в сторону. Кровь заливала глаза, но парень продолжал отчаянно отбиваться.

– Да перестань же… Немедленно прекрати!

Рем замер, узнав голос Корнелия. По его глазам провели какой-то тряпкой и зрение прояснилось. Над ним склонилось обеспокоенное лицо дяди. Слипшиеся от пота волосы, из одежды – только длинный плащ из звериной шкуры.

Видимо еще пару минут назад Корнелий еще носился среди врагов в зверином облике.

Два блайдара приподняли Рема и принялись возиться с оковами.

– Бесполезно, – заметил окровавленный и мокрый от пота Ансгар. В руке он держал любимый топор, теперь почерневший и покрывшийся новыми зазубринами. – Нужны инструменты.

– Дай-ка я попробую, – эти слова больше походили на звериное рыканье. Пасть оборотня была в пене, глаза зловеще горели во мраке.