Вечная империя. Вторая часть

В глазах Валерия загорелась надежда, но Талемар покачал головой:

– Боюсь, так даже хуже. Твоя новая сущность будет находиться в постоянном конфликте с тенью прежнего сознания. При этом пойти против своей новой природы ты уже не сможешь. Особенно во время голода. Остальным вурдалакам легко – они больше не чувствуют угрызений совести, а вот у тебя все иначе.

– Я не буду никого убивать, – Валерий постарался, чтобы его голос звучал твердо. – Уж лучше умереть, чем стать одним из ваших рабов.

– Будешь, никогда не денешься, – произнес Талемар скучающе.

 – Ты вообще способен на членораздельную речь только потому, что выпил целых два кубка крови. К сожалению, во время голода опять наступит полная деградация. Ты превратишься в жестокое кровососущее существо. Так будет продолжаться до тех пор, пока снова не насытишься. И кстати, в твоей памяти останется все, что ты натворил.

– Вы не сможете меня заставить, – Валерий упрямо стиснул зубы.

– Прости, но теперь у тебя нет выбора, – усмехнулся Талемар.

 – Любой вурдалак находится под полным контролем некромага, который его оживил. Так было всегда. Ты тоже не сможешь мне противиться. Даже, если я прикажу тебе убить собственную семью.

Валерий, все еще не веря, с ужасом посмотрел на парня. Тот ободряюще улыбнулся:

– Да, не бойся! Я же не Джодок, поэтому таких приказов отдавать не буду. Но убивать тебе все равно придется. Видишь тех пленников? – Талемар указал на связанных людей. – Это блайдары. Мы захватили их недалеко от Горной Чаши.

Потренируешься пока на них. Я не смогу все время находится рядом и постоянно поить кровью. В дальних путешествиях придется добывать пропитание самостоятельно.

– Идите вы все к демону! – огрызнулся Валерий. – Я же сказал, что этого никогда не будет!

– Сейчас я тебя покину, – Талемар повернулся, чтобы уйти. – Вернусь через пару лун. Бьюсь об заклад, что к тому времени от пленников останутся только обезвоженные останки. Ты просто не сможешь себя контролировать во время голода. А теперь, до встречи.

***

Холод. Обжигающий и невыносимый. Казалось, все внутренние органы превратились в лед. И еще боль. Валерий никогда не думал, что она может быть настолько нестерпимой и всепоглощающей. По сравнению с ней даже пытки Джодока воспринимались иначе.

Комната. На низком ложе лежит человек. Валерий осторожно приблизился и тронул мужчину за плечо. Тот повернулся и Валерий вздрогнул: на него смотрело искаженное от страха лицо Корнелия.