Гнев солнца

Когда же события начинали принимать угрожающие масштабы, у границ конфликтующих сторон появлялся Имперский флот, и все на этом обычно заканчивалось. Дальше уже шли какие-то процессуальные разборки, местные князьки мирно перераспределяли властные полномочия под контролем людей из Центра, и мир на время восстанавливался. До следующего конфликта. Все шло своим чередом…

Все эти события мгновенно промелькнули в памяти Литвиненко. Сам он был не согласен с таким положением дел, но понимал, что другого пути развития на данном этапе нет.

Чтобы сохранить что-то очень большое, частенько приходится жертвовать малым. Академик подозревал, что в некоторых случаях Император с согласия имперского Совета специально разогревал вражду на периферии. Не зря же правительство позволяет Провинциям, а иногда даже и отдельным секторам, иметь законы, часто противоположные соседским.

В некоторых секторах даже разрешено рабство (уму непостижимо!), а они веками мирно соседствуют с демократическими республиками, где чуть ли не каждого депутата в местные органы власти избирают.

И находят ведь точки соприкосновения к всеобщему удовольствию! Пока опять не разругаются из-за какой-нибудь планетки, где обнаружены запасы редких ресурсов.

Впрочем, тут, в зависимости от ситуации, Совет сам постарается наложить свою лапу. Если галактические корпорации не опередят. С ними лучше не ссориться. Хотя фактически они и подчиняются Империи, а все же уже давным-давно имеют собственных хозяев, которые и сами друг друга на дух не переносят.

Этакие частные государства в едином организме. Хотя едином ли? Так, на словах…

«Все-таки запутанное дело эта большая политика и очень хорошо, что к нам она не имеет никакого отношения», – подумал Литвиненко. Он часто ловил себя на мысли, что оказался здесь, на отшибе и в стороне от галактических интриг, только из желания быть подальше от всей этой грязи. И вот на тебе – вроде прогонять и отсюда собираются. Хотя и из вроде бы добрых побуждений.

Вслух же он сказал:

– Мои соболезнования, леди.

Но что же заставило вас уединиться в этой глуши? Ваше место на светских раутах в крупнейших центрах Империи. Уверен, вы бы там имели оглушительный успех.

– А так все и было, – ответила Екатерина, – но мне это жутко опостылело. Отец никогда не был против моих увлечений биологией и ботаникой, и после его смерти я отправилась прямиком сюда. Эта планета – сплошная загадка. Эффект псевдоводорослей так до сих пор досконально и не изучен.