Боги. Истоки

И к моему сожалению, основы того витка развития, который существовал при правлении моей семьи, пустили корни. Да так глубоко, что и по сей день общество двигается в этом направлении самоуничтожения. Естественно, методы другие, а принципы те же.

Ну, так, по порядку.

После того дня, – задолго до нашей эры, – я отправился в паломничество к Иерусалиму, взяв с собой всех желающих пуститься в вольное путешествие по пустынным холмам и неизведанным берегам. Их оказалось много. И основная масса были свободными, обычными рабочими, но они не представляли себе – как распоряжаться этой свободой? Многие, готовы были пойти на всё лишь бы снова почувствовать себя живыми, верующими в совершенно иную реальность, да хоть во что-нибудь.

И ко мне уже не относились как к Богу, что и правильно, потому что подобное притягивает подобное: народ тянулся ко мне как к лидеру, который даёт знания и защищает их от дремлющих глубоко под землей «демонов».

Ту Библию, которую я написал раньше, что бы облегчить существование рабов и подарить им отдушину в виде сочного ломтя веры в их пустой, обеденной тарелке; к моему облегчению её принципы работали как никогда правильно.

Когда им было голодно или холодно, они читали молитвы. Вселяясь в тела орлов – глазами этих чудесных созданий, я наблюдал, как морозными ночами или в самые сложные моменты жизни, вера в высшую силу не давала упасть духом даже самому отчаявшемуся человеку. Они шли до конца даже тогда, когда казалось, что надежда, это всё что у них было, а всё потому, что вера – это частичка души смертного человека.

Она заставляет слепого прозреть и наконец: увидеть красоту в некрасивом. А немого, снова почувствовать себя говорящим.

Так или иначе. Пусть на тот момент мне была не известна судьба сородичей, которые оказались погребёнными под грудами обрушенной скалы, меня устраивало то, что после их вмешательства, люди встали на путь исправления. В том смысле, что они всё также воевали за свои интересы. Как и ожидалась в точности повторяли за своими идолами: обделяли нищих и прокаженных, сеяли злобу на ближнего своего и унижали, убивали себе подобных.

Но среди всего этого безобразия, – начало которому было заложено с первыми всплесками гнева, слепой ненависти моего братца – чуть ли не каждый житель огромного мира, ещё больше поверил в высший суд и наивысшую преданность Богу.

Это не может не радовать, когда понимаешь, что смертные сами того не осознавая, учатся контролировать себя.