Лучи уходят за горизонт

Денег у неё не было, от документов следовало сразу же избавиться, чтобы после пересечения границы стать проблемой миграционных служб Китая и надеяться на их помощь в продвижении до конечной цели путешествия – Пхеньяна.

Зачем я им? Кому я тут нужна? – спрашивала себя Элизабет, поворачивая нож и продолжая давить на мягкую кожу. Прошмыгнув на поезд без билета с небольшой сумкой и ничтожным количеством денег, порвав со всем, что связывало её с Дели, она не хотела видеть у себя в руке чип-идентификатор, корила себя, что избавляется от чипа так поздно, ведь полиция может засечь её; связаться с охраной поезда для них – дело пяти секунд.

От злости Элизабет резанула ладонь, поддевая чип снизу.

Из раны засочилась кровь, ручейками стекая в раковину. Элизабет, сжав зубы от боли, выковыривала из себя чип. Чип не поддавался. Тогда Элизабет взрезала с другой стороны, подкапываясь под него. Она напряглась, засунула нож поглубже в ранку и ковырнула. Чип наконец поддался – вместе с кусочком плоти всплыл наверх; Элизабет ухватила его и потянула, на выдохе оторвала от себя и выкинула в раковину.

Включила воду, смыла из раковины кровь, промыла рану и заклеила её заготовленным пластырем.

Оставалось последнее. Элизабет достала свою id-карточку и, держа трясущейся левой рукой, несколько раз точно ударила по ней ножом. Разломала на несколько частей, кинула в унитаз и слила воду. Всё. Отныне ничто не связывало её с Индией, для компьютеров она перестала существовать. Вычислить могут только по биометрике.

Стоя в кабинке туалета поезда, умывая руки и накидывая на плечи тяжёлый душный плащ, Элизабет почуяла дыхание новой жизни.

Она вышла из туалета, обошла выстроившуюся к нему очередь, накинула на лицо платок и опустила глаза. Теперь у неё не было ни билета, ни документов. Контролёров она не боялась – больше пугали китайские пограничники. Элизабет придумывала себе легенду, протискиваясь сквозь полные мигрантов душные вагоны. Люди сидели не только на скамьях и на верхних полках, некоторые валялись прямо на полу.

Третий класс, и спрятаться тут проще всего.

Элизабет пробралась к окну и села на пол, возле чьих-то ног. Она надеялась, утомлённые и изнывающие от жары люди её не заметили. Прислонилась головой к стенке поезда, и ритмичный стук колёс зазвучал молоточком в её голове. Мимо прошло несколько контролёров, но лишь один покосился на неё, и то промолчал, когда она глуповато ему улыбнулась.

Поезд остановился через несколько часов.