Лучи уходят за горизонт

– Но потом-то мы едем в Фарнборо?

– Если не поступит новых указаний!

– Как твоя работа?

– Перебираю бумажки, – рассмеялась Мелисса. – Бездельничаю, жуть как скучно, но вид из кабинета милый. Весь город как на ладони, смотри и радуйся, так нет же – надо упереться в компьютер, отвечать на бесконечные запросы «Гринпис»… экологическая безопасность, потепление, допустимая квота выбросов… фу, знал бы ты, как мне надоело.

– Отец говорил, ты блистала в высоком суде?

– А как же! – Мелисса подняла бровь, как настоящий юрист.

 – Времени на светские рауты нет, хоть на слушания наряжаюсь, может, личная жизнь образуется!

– Ну это-то чудо, – Иоанн похлопал ладонью по кожаному сиденью, – электрическое?

– Чего не скажешь о наших заводах в Индонезии.

– Они хотят ходить в шкурах?

– Да, и запретят разводить огонь, ведь он навредит лесу! – Мелисса сделала угрюмое лицо и произнесла с отцовской презрительной интонацией:

– Безде-е-ельники!

– Мистер Чарльз Касидроу, моё почтение.

– Я тренировалась.

– А как твой жених?

– Сделал мне предложение.

– Когда?

– Месяцев пять назад.

– И было отказано?

– Со всеми печатями.

– Вроде он нравился отцу.

– Ну, под венец-то не ему идти.

– Это всё из-за безумца из Новой Зеландии, а?

– Мне и в семье хватает спокойных мужчин!

– Дорогая, – Иоанн взял её за руку.

 – Тебе всё-таки не пятнадцать, влюбляться по семь раз за день, тебе двадцать шесть.

– Об этом я и говорю, какой же ты зануда! – Мелисса толкнула его. – Вот сейчас приведу тебя к папе, вы там споётесь…

– А что, уже и лорд Чарльз хочет внуков? Я-то думал, только мама….

– Ни-че-го не слышу! – Мелисса заткнула уши.

Время пролетело незаметно, автомобиль проехал мимо Вестминстерского аббатства и дворца, выехал на Уайтхолл и у здания Королевской конной гвардии, где толпы туристов с фотоаппаратами издевались над застывшими караульными, повернул направо.

Камеры узнали машину, шлагбаум открылся. Они остановились возле подъезда, и «тесла» отрапортовала, что поездка завершена. Мелисса светилась от гордости за свою новую игрушку.

– Не надоедает на пассажирском? – спросил, выходя, Иоанн.