Порочный Избранник

Он слабо рычал, словно собака, от злости, смешанной со страхом. Это обоюдное оцепенение прервал Назир, сквозь боль прохрипев неизвестно кому: «Убирайся прочь!». Гедеон сделал большой прыжок, выставив меч вперёд. Он хотел пронзить тварь, зависшую в воздухе перед ним. Но резкий взмах рукой, сделанный незнакомцем, отбросил юношу назад. Пролетев несколько метров, он сильно ударился о землю. Ужасная боль поглотила его. Он застонал.

Тварь снова принялась истязать Назира, на этот раз оставляя более глубокие раны. Схватив старца за рёбра, монстр начал их выламывать.

Сначала раздался сухой хруст костей. Но его быстро заглушил вопль Назира, полный невыносимой боли. Гедеон, превозмогая собственную боль, поднялся, опираясь на посох. Вновь направив его на противника, он вспомнил слова Арума, что нужно погрузиться в собственный гнев. С посоха сорвались длинные иглы, переливающиеся различными цветами. Незнакомец, не ожидавший атаки, был отброшен от старца. Гедеон подбежал к учителю и, с трудом закинув его себе на спину, начал бежать в сторону дома. Он надеялся убежать, понимая, что битву вряд ли сможет выиграть. Но их сбил с ног удар в спину. В двух метрах от них завис в воздухе враг. Его глаза светились ещё ярче прежнего. Он издавал рычание, смешанное с шипением. Балахон развевался, словно на ветру. Бросившись на Гедеона, тварь издала свой вопль. В голове юноши словно взорвался целый мир. Неосознанно он выставил вперёд посох и меч.

Яркий белый свет ослепил Гедеона. Глаза начали слезиться.

Было ощущение, будто они горели изнутри. Тело пронзал жар, словно от пожара. Боль. Она была по всему телу. Было невероятно тяжело дышать. Лёгкие будто сжимали изнутри. Гедеон упал на колени, бросив клинок и посох на землю. Он ожидал смерти. Но её не было. «Неужели убил ту тварь?» – промелькнуло у него в голове.

Юноша начал протирать глаза. Зрение постепенно начало восстанавливаться. Практически на ощупь найдя посох с клинком, Гедеон встал. Видя расплывчатые очертания, он вновь закинул Назира себе на спину.

Его тяжёлое хриплое дыхание пугало Гедеона. Но он шёл домой. Там была хоть какая-то защита. По крайней мере её иллюзия. И вода, которой в прошлый раз исцелил учителя. Тяжёлые капли пота стекали по лбу на лицо, застилая глаза. Гедеон неимоверно устал, но продолжал нести Назира. И вот до дома оставались считанные шаги. Из последних сил Гедеон перешагивает через лежащую на полу дверь. Он так и не донёс учителя до кровати, положив его на пол.