Пешки богов-2. Наследница. Дар демона

– Илвус, останови бой! – крикнул я и, подав ему пример, начал орать на своих: – Прекратить бой! Два шага назад! Всем назад!

Демон своей лужёной глоткой намного быстрее заставил солдат отступить, а мне пришлось ещё до хрипоты надрываться, чтобы орки меня послушали и смогли погасить свою жажду крови, благо к нам пробился Ухулрад и, увидев демона, не задавая вопросов, пинками помог остановить бойню. Кстати, он потерял один клык, но сейчас было не до его зубных проблем.

Когда обе стороны отхлынули назад, я протиснулся и, наступая прямо на трупы, вылез вперёд.

– Аррригат, что пррроисссходит? – нависнув надо мной, прорычал Демон, и я не успел даже рот открыть, как из строя солдат, которые смотрели на него со страхом и уважением, вынырнула Валькирия с двумя клинками и угрожающими интонациями спросила: – Где моя дочь?

– С ней всё нормально! Я вытащил её из боя и отправил назад. Она в безопасности! – ответил я, пытаясь придать уверенности не только голосу, но и выражению лица.

– В каком смысле – из боя? – как змея, прошипела вампирша, – Мы тебе дочь доверили, а ты вместо того, чтобы нам ребёнка вернуть, в войну её втянул?!

– Аррригат, повторрряю сссвой вопрррос: что происссходит? – сжав и разжав когтистую кисть, рыкнул Демон.

– Варгана и есть Кровавый Дракон! – сообщил я и на всякий случай зажал в ладони трофейный амулет с напитанным заклинанием "Воздушный Кулак".

Сначала оба родителя словили ступор, но быстро справились с новостью, что их дочурка является одним из главных зачинщиков этой бойни, и сейчас их сдерживало лишь незнание, что я лишился Бессмертия, иначе они бы моментально обеспечили мне инвалидность.

И пока эта парочка меня не порвала на много маленьких Аригатиков, я сменил тему: – Илвус, уводи людей! Мы вас сомнём! У меня ещё три тысячи гоблинов в резерве и пять сотен орков, готовых перейти в режим берсека. И шаманы орков готовы нанести повторный удар. Вас просто с грязью смешают!

Про берсеков я не лукавил.

Шаманы знали рецепт какого-то зелья, после которого любой из орков становился агрессивной, не чувствующей боли машиной для убийства. Даже после колотой раны сердца оно продолжало функционировать, и берсек ещё какое-то время был в состоянии сражаться. Вот только был один побочный эффект: принявший эту отраву орк, даже не получивший в бою ни одной раны, мучился ужасным отходником, а шансы выжить были пятьдесят на пятьдесят.