Пешки богов. Демон-поглотитель

И вдруг лица всех троих исказила злоба, глаза полностью почернели, жена с сыном резко повернулись ко мне, и все трое не своими, грубыми и басовитыми голосами начали твердить: – Защищай мальчишку… защищай мальчишку… защищай мальчишку…

Эхом отбивался этот ритм в ушах, и было в этом что-то нечеловеческое, жуткое и потустороннее. Я резко вскочил и начал глотать воздух. Оглядевшись в страхе, осознал, что это был сон, всего лишь сон, но какой реалистичный. Мне даже показалось, что последний кубик, недостроенной башни, находится у меня в руках, но, естественно, его там не оказалось.

Вытерев пот со лба, Лауру в кровати я не обнаружил, и всё ещё под впечатлением пошёл в умывальню, размышляя, что это всё могло значить.

К полудню, разобравшись с мелкими делами и отдав кучу распоряжений, я решил обсудить с императором многие вопросы, а так же сложившуюся ситуацию с Илвусом. Посадить его в камеру – было моим поспешным решением, по сути, это, действительно, была самооборона, и парень по всем нашим законам был невиновен, но на тот момент я не сдержался и поддался влиянию эмоций.

Этот парень каждый день кого-то убивает, и пусть это не самые порядочные разумные в этом городе, но надо было как-то его приструнить. Но ситуация с эльфами требовала присутствия Илвуса на празднике "Зарождения Империи", ушастые должны были воочию его наблюдать среди высоких гостей, а я его в кутузку определил. И ведь освободить просто так нельзя, иначе я покажу некомпетентность власти в столице, да и он воспитательного урока не поймёт.

С императором не получилось обсудить эту и другие проблемы, требующие его совета и разрешения на многие мои действия, у него в данный момент был приём дворянства с южной границы империи и королевством Хаджират. Одной из главных сейчас моих проблем являлось нахождение во дворце человека, который каким-то способом мог отрицательно влиять на здоровье императрицы. Сейчас он затаился, и я никак не мог его вычислить, никаких прямых улик и доказательств не было, а на одних подозрениях можно обвинить весь персонал дворца.

Не добившись аудиенции императора, я решил пообщаться с этим парнем, надеясь, что, возможно, в процессе разговора меня посетят мысли по этим вопросам.

Гвардеец сообщил, что Илвус дэ Мор доставлен, и, дождавшись моего кивка, пропустил парня в кабинет, закрыв за ним дверь. Илвус поморщился, увидев тот же неудобный табурет, и, как и в прошлый раз, молча поставил его встык между стеной и шкафом, чтобы можно было облокотиться.