Чужой: Изоляция

Так что она забралась в зеленый комбинезон с кучей карманов и застегнула молнию. Потом, пошарив в шкафчике, выудила резинку и собрала свои длинные светлые волосы в хвост. Строго говоря, ей не было нужды это делать, потому что сейчас она была только пассажиром. Собирала волосы она обычно для того, чтобы они не мешали во время работы.

Дмитрий даже как-то спросил, почему она их просто не обрежет.

– Во-первых, – ответила она, – собрать их в хвост не такая большая проблема. Во-вторых, ненавижу, как это выглядит, когда я стригусь сама.

А в-третьих, ты мне недостаточно платишь, чтобы я могла себе позволить платить за стрижку кому-то другому.

Сейчас, впрочем, ее единственная «работа» заключалась в осмотре бортового самописца, чтобы выяснить, был он подлинным или нет.

Голова слегка заныла где-то в области глаз, напоминая о том, что с тех пор, как она последний раз пила кофе, прошли недели. Так что Аманда направилась в столовую.

Невысокая женщина в очках с важным видом сидела одна за большим круглым столом в центре столовой и ковырялась в миске с чем-то, по виду напоминавшим баланду.

Вокруг нее на столешнице стояли оставленные кем-то приборы – пустые кружки, тарелки с крошками, а еще несколько игральных карт, оставшихся от недоразложенного пасьянса.

– Тейлор, – кивнула женщине Аманда, направляясь прямиком к кофейному аппарату. – Доброе утро.

Нина Тейлор скривилась в ответ:

– Рипли. Оно определенно не доброе, и вообще я очень сомневаюсь, что сейчас утро.

Аманда ничего не ответила, но взяла кружку и наполнила ее кофе.

Когда она направилась к стулу, на котором раньше сидел тот, кто раскладывал пасьянс, выражение лица женщины смягчилось.

– Извини, – голос Тейлор тоже стал мягче. – Чувствую себя так, словно померла. Не представляю, как вы справляетесь с криосном на регулярной основе.

Пожав плечами, Аманда ответила:

– К этому привыкаешь. Я просто стараюсь вспоминать то, что видела во сне.

Она нахмурилась, сообразив, что сейчас ее сны почти исчезли из памяти.

Тейлор тоже нахмурилась:

– А я не помню снов вообще. Я просто лежала там, и дверь закрылась. А через секунду уже открылась, и я чувствовала себя так, словно кто-то отходил меня молотком. – Она снова потыкала еду в миске. – Что ты помнишь с этого раза?

– Просто множество воспоминаний, роящихся у меня в голове. Знаешь, говорят, что, когда ты умираешь, перед глазами проносится вся жизнь. Так вот, моя жизнь проносится у меня перед глазами, когда я в криосне.