Чужой: Изоляция

– Расчетное время прибытия – три дня.

– Отлично, – Марлоу поднялся с кресла, и, пригнувшись, двинулся к выходу. – Может, к тому времени Льюис выудит что-нибудь полезное из бортового регистратора.

– Может, к тому времени он починит интеркомы, – добавила Фостер.

Микс фыркнул:

– А может, к тому времени из моей задницы вылетят розовые слоны.

– Надеюсь, вылетят, – Марлоу уже почти покинул мостик. – Может хотя бы они напишут этот отчет для «Сигсон».

– Эй! – захныкал Микс. – Уже почти готово.

– Ты это еще четыре дня назад говорил.

– Я закончу до того, как мы повернем обратно к Земле, – навигатор замахал руками. – Слушай, не важно, когда я его доделаю. Они его не примут, и нам не заплатят, пока мы не вернемся. Так что, раз я успеваю с ним до нашего возвращения, то все отлично.

На это Марлоу отвечать не стал, а просто выбрался с тесного мостика в чуть менее тесный коридор. Оправдания Микса начинали утомлять.

Надо было выпить.

Час спустя Марлоу сидел на койке в своей каюте, и баюкал в руках стакан бурбона – осталась всего одна бутылка, и ему хотелось ее растянуть.

Для кресла или стола здесь места не было – помещались только одежный шкаф, крошечный комодик и койка.

Вошла Фостер, тут же стянула с себя майку, скинула штаны и плюхнулась на койку рядом, положив голову ему на плечо. Ее прикосновение было теплым и приятным, и Марлоу улыбнулся, обнимая ее одной рукой.

– Бурбон остался? – спросила она.

Улыбка Марлоу поблекла:

– Только если ты хочешь его прикончить.

Она ухмыльнулась.

– Прибережем до тех пор, пока не найдем чего-то-там на LV-426 – что, кстати, почти наверняка не «Ностромо».

Марлоу взглянул на нее:

– Ты уверена?

– Вполне. Льюис расшифровал часть данных.

– Сукин сын. – Марлоу разорвал объятия и сверкнул глазами. – Он должен был дать мне знать в ту же минуту.

Фостер похлопала его по плечу:

– Можешь убить его попозже. Сейчас важнее то, что он узнал. Согласно регистратору, «Ностромо» отклонился от курса, чтобы направиться к LV-426, и вышел на ее орбиту.

Буксир отцепил груз, приземлился, провел там большую часть дня, взлетел, после чего они направились обратно на Землю. Примерно спустя тридцать часов они сбросили бортовой регистратор. После этого – ничего. – Она сделала паузу. – Если они снова на LV-426 и посылают сигнал, значит, они развернулись – а в этом нет смысла.

Она замолчала, ожидая ответа.

– Если это был «Ностромо», – Марлоу нахмурился, – то не было бы этих тридцати часов.