Не по правилам игра

–– И что именно я порушила? – от возмущения Вел даже заерзала на сиденье. – Всего лишь чуть дополнила план мероприятий. И ты не был против, чтобы познакомилась с дорами поближе.

–– Только взглянула бы на них! – категорично высказался герцог. – А что произошло? Ты повела себя не так, как договаривались.

–– Ты сердишься? Но я ничего не замышляю… – девушка вдруг совершенно изменила тон. Голос ее стал таким вкрадчивым, будто она готова покаяться в содеянном. Вот только его светлости что-то в это не верилось.

И он очень огорчился, что не мог увидеть из-за ночной темени лица Вел – определенно, заметил бы притворство. – А адвокат?.. Что Дафф Деван? Наверняка, имеет кристально чистую репутацию – иного ждать не приходится, раз он в твоем списке…

–– Скажешь, плохого кандидата в мужья подобрал?

–– Нет. Он привлекательный мужчина, обладает целым рядом достоинств…

–– Так-так?..

–– Я же уже сказала, что одобряю его кандидатуру. А ты еще добавил, что довести дело до свадьбы будет легче легкого.

–– Пожалуй, что так.

–– А меня волнует теперь, не станет ли помехой для брака тот выигрыш. Ну, не сами деньги, что обернутся приданым, а неприятности, которые ты мне недавно сулил.

–– Не я, а… так вот почему ты спросила о Ленарде!

–– Ты такой сообразительный, милый друг!

–– Хм! Кончай меня поддевать, Вел. А Красавчик… он из старинного, но разорившегося рода, в восемнадцать пропал из поля зрения, о нем не было слышно вообще ничего девять лет, потом снова появился в столице Акватаны и принялся осваивать игорный бизнес.

Должен сказать, что успешно. Сейчас он богат и влиятелен… в некоторых кругах. Вот и все!

–– Все? – хмыкнула Вел недовольно.

–– Все, что тебе надо знать. И все, дорогая – мы приехали.

–– Спасибо, что подвез, Кайрон.

–– Спокойной ночи, Авелина.

Ночь действительно прошла спокойно. А на утро, чуть свет, в имение с шумом и гамом пожаловал генерал Скайтр с дорой Адайн, то есть с мачехой Авелины.

Карета подкатила к самому крыльцу, он выскочил из нее так стремительно, что шестидесятилетние сверстники могли позавидовать. Вот только этот дор сильно гневался, оттого лицо его налилось краской, усы и бакенбарды, от того же наверное, воинственно топорщились. И гнев вытравил из генерала всякое почтение к дамам и знания правил хорошего тона. Иначе как объяснить, что забыл дору Адайн в карете? Ни руки не подал, ни под локоть не поддержал почтенную даму.