Книтландия. Огромный мир глазами вязальщицы

И обратила внимание на фотографии с автографами, висевшие в красивых рамках на стене, – все знаменитости канала Fox News.

Мы разговорились, и он спросил, откуда я родом. Услышав про Мэн, он принялся перечислять все морские прогулки вдоль побережья, которые совершал вместе со своей женой. «У нас было, дай-ка подумать, семнадцать круизов, – сказал он. – Мы побывали в Новой Англии, на Карибах, на Панамском канале, в Европе…» И стал считать, загибая пальцы. Когда я призналась, что ни разу не была в круизе, он начал советовать, какие круизные линии лучше, какие экипажи, какие лайнеры лучше, и где меньше вероятность сесть на мель или подхватить дизентерию.

Единственным фактом, указывающим на то, что этот пожилой мужчина, любитель круизов и хорошо прожаренного хэша из солонины, не простой посетитель, было обращение к нему официантов – не иначе как по фамилии с благоговейным «мистер» перед этим.

«А вот и мой звукорежиссер!» Он вдруг поздоровался с кем-то за моей спиной.

«Давай к нам, дружище!» – добавил он, указывая молодому веселому парню на свободное место между нами. Нас представили друг другу. Они работали над бродвейским шоу, которое только что открылось в соседнем театре. Здесь было их тихое убежище для обеда, надежно скрытое от туристов, слоняющихся в поисках чизкейков по Таймс-Сквер.

В этот момент вошел еще один человек, элегантно одетый, необычайно красивый, с энергичной походкой и той необъяснимой харизмой, которая заставляет пялиться, не отрывая глаз.

Мне представили его как звезду этой постановки, танцора, сделавшего себе имя в одном очень популярном телешоу, которое я не видела. Никогда раньше не слышала его имени.

«Ну, а что вас привело в Нью-Йорк?» – спросила звезда.

Хотелось бы сказать, что сейчас я репетирую в Карнеги-холле, выступаю где-нибудь или, возможно, записываю новый альбом. Я понимала – в тот момент, как скажу правду, что я здесь на конференции – подумать только! – по вязанию, они в осадок выпадут.

Опять повторится та сцена в лифте, предательская неловкая пауза, а затем они найдут предлог, чтобы по-быстрому слинять.

Но случилось нечто неожиданное. Когда я ответила, звукооператор расплылся в улыбке, повернулся на стуле и приподнял штанину, показав манжету идеально выполненного и явно связанного вручную носка.

«Я сказал маме, что мне больше не нужны никакие другие подарки.