Три желания для золотой рыбки

Слезы уже перестали течь из глаз, а я по-прежнему лежала на холодном полу и медленно остывала до состояния почти что мертвого тела. Я не осознавала, сколько прошло минут или даже часов. Для меня само понятие времени перестало существовать, я словно застыла в одном мгновении. В том самом, когда леди Диктория готовилась к поездке в славный Латирах для проверки виноградников и незапланированного отдыха под жарким солнышком. Тогда в доме еще не появилась ее предательница дочь, и она все еще улыбалась мне.

В моих воспоминаниях у нас все было замечательно, вовсе не предвиделось грядущего кошмара, в поместье царили счастье и веселье.

И вот теперь я сидела у подножия ее усыпальницы и выла раненым зверем в надежде, что хотя бы это поможет забыться или вернет ее. Но мертвые не могут воскреснуть по простой прихоти живого человека. Разумом я это понимала, но сердце продолжало биться в бешеном ритме. От горючей скорби не было ни спасения, ни лекарства.

И тут в голову закралась крамольная мысль, что до свободы остался всего один маленький, но представляющийся совершенно непосильным шаг. Самоубийц не только презирала церковь – их души не могли обрести вечный покой. Тем самым я навсегда лишила бы себя шанса найти хозяйку и служить ей после смерти.

Может, после того, как маркиз с сыночком упустят возможность получить наследство леди, они изволят прийти по мою израненную душу? Впрочем, думаю, эти жалкие трусы не решатся на мое убийство, испугавшись королевского гнева и последующей страшной мести, а просто попытаются подкупить слуг или случайных прохожих, чтобы те подтвердили их право на мое наследство.

Такой вариант будет для них выгоднее, чем лишение меня самого дорогого – жизни.

Голова тяжелела и наполнялась странным туманом, липкой пленкой окутывающим сознание, поглощающим весь свет, который еще мог сохраниться в моей израненной душе. Трагедии никого не оставляют равнодушными, они способны сломить дух даже очень сильного и выносливого человека.

А что уж говорить про девушку, которая прекрасно помнила, как она ребенком не жила, а существовала в детском доме, пока леди не выкупила ее оттуда в возрасте тринадцати лет.

Наверное, так странно осуществляется мое желание, и я медленно умираю, стремясь по темному тоннелю за собственной госпожой, которой готова служить хоть до скончания веков.