Книги крови. Запретное

Неужели она бросает ему вызов?

Вирджиния поднесла к губам дрожащую руку, словно пытаясь задержать еще невысказанные слова, но тем не менее они вырвались.

– Эти строки, которые ты читал. Я ненавижу их. Они такие…

– Глупые… – предположила Сэди.

– Неприятные, – сказала Вирджиния.

– Ты идешь спать или нет? – требовательно спросил Бак.

– Минутку, – ответила ему Сэди не оборачиваясь. – Я просто хочу поглядеть, что тут происходит.

– Жизнь – это не мыльная опера, – заметил Бак. Сэди уже собиралась возразить, но, прежде чем открыла рот, проповедник приблизился к постели Вирджинии, сжимая в руке Библию.

– Это – правдивые слова Господа, Вирджиния, – сказал он.

– Я знаю, Джон. Но есть и другие главы…

– Я всегда думал, что тебе нравится Апокалипсис.

– Нет, – сказала она, – он меня расстраивает.

– Ты просто устала.

– О да, – вставила Сэди, – это то, что они всегда тебе скажут, когда то, что ты говоришь им, слишком похоже на правду. Ты устала, говорят они, почему бы тебе не вздремнуть?

– Почему бы тебе не поспать немножко? – сказал Гаер.

 – А я пойду в соседний номер и поработаю там.

Вирджиния целых пять секунд выдерживала испытующий взгляд мужа, потом кивнула.

– Да, – согласилась она, – я действительно устала.

– Глупая женщина, – сказала ей Сэди. – Обороняйся, или он опять займется тем же самым. Только дай им палец, они всю руку откусят.

Бак возник за спиной Сэди.

– Я уже просил тебя один раз, – сказал он, беря ее за руку. – Ведь мы же здесь для того, чтобы снова стать друзьями.

Так что давай займемся этим. – Он подтолкнул ее к двери, гораздо более грубо, чем это было необходимо. Она сбросила его руку.

– Не нужно так злиться, Бак, – сказала она.

– Ха! И это ты говоришь! – сказал он с безрадостным смехом. – Ты хочешь посмотреть, что такое злоба? – Сэди отвернулась от Вирджинии и посмотрела на своего мужа. – Вот это – злоба, – сказал он. Он снял пиджак, стянул с себя рубашку без застежек, чтобы открыть огнестрельную рану. На таком близком расстоянии пистолет Сэди проделал внушительную дыру в его груди, кровоточащую и с обгорелыми краями, она была свежая, как в момент его смерти.

Он указал на нее пальцем, точно на орден. – Ты видишь это, золотко? Ведь это ты сделала.

Она без малейшего интереса поглядела на рану. Это наверняка было несмываемое клеймо – единственное, которое она когда-либо оставляла на мужчине, подумала Сэди.

– Ты ведь изменял мне с самого начала, верно? – спросила она.