Сотканный мир

Одета во что-то красное и пурпурное, цвета очень темные, почти черные. Ткань полностью обтягивала верхнюю часть тела, отчего женщина выглядела целомудренной, спеленатой и укрытой и в то же время подчеркнуто эротичной из-за плотно облегающей материи. Точно так же противоречивы были черты ее лица. Волосы надо лбом были сбриты на два дюйма, а брови – полностью, отчего лицо жутким образом лишалось всякого выражения. Кожа блестела, как намасленная. Несмотря на сбритые волосы и полное отсутствие косметики, способной подчеркнуть достоинства, это лицо так и дышало сексуальностью.

Рот слишком правильно очерчен, а глаза – янтарные, золотистые – слишком выразительны, чтобы скрывать чувства. Какие именно чувства, Кэл мог лишь смутно догадываться. Одним из них явно было нетерпение, словно от пребывания здесь женщину тошнило. Еще там клубилась ярость, и Кэл очень не хотел бы увидеть, как она выплеснется наружу. Презрение – скорее всего к нему – и сильная сосредоточенность, словно женщина видела сквозь его плоть и была готова заморозить его одной мыслью.

Однако в ее голосе не отразилось никаких противоречий. Он был тверже стали.

– Когда? – требовательно спросила она. – Когда ты в последний раз видел Фугу?

Кэл не мог выдерживать ее взгляд дольше одного мгновения. Он перевел глаза на каминную полку и три непарных туфли.

– Не понимаю, о чем вы говорите, – произнес он.

– Ты ее видел. И сейчас увидел снова в подкладке. Бессмысленно отрицать.

– Тебе лучше ответить, – посоветовал Шедуэлл.

Кэл перевел взгляд с каминной полки на дверь. Они оставили ее открытой.

– Да пошли вы оба ко всем чертям, – произнес он ровно.

Кажется, Шедуэлл засмеялся? Кэл не был уверен.

– Нам нужен ковер, – заявила женщина.

– Он, видишь ли, принадлежит нам, – сказал Шедуэлл. – У нас есть законные основания, чтобы потребовать его.

– Так что, будь так любезен… – губы женщины искривились от этих вежливых слов. – Скажи мне, куда делся ковер, и мы покончим с этим делом.

– Какой простой вопрос, – сказал Торговец.

 – Ответь нам, и мы уйдем.

Притворяться ничего не понимающим не было смысла. Кэл подумал: они знают, что я знаю, и переубедить их не получится. Он в ловушке. Однако, несмотря на серьезность ситуации, он ощущал возрастающее воодушевление. Его мучители подтвердили существование мира, который он видел мельком: это Фуга. Желание как можно скорее избавиться от общества этих людей смешивалось с желанием поводить их за нос.