Космическая трилогия

И сегодня, увидав Рэнсома, ты пытался второй раз обречь его на муки, чтобы спасти себя. Вот как вы обращаетесь со своими же собратьями. Я знаю, что ты уготовил моему народу. Некоторых ты уже убил и хочешь убить остальных. Тебе все равно, хнау перед тобой или нет. Не пойму, как Гнилому удалось настолько поразить гнилью ваш мир. Будь ты моим созданием, я рассеял бы тебя на месте. Моей рукой Малельдил способен на многое, я в силах рассеять тебя даже на границе вашего мира. Однако пока я этого делать не буду.

Говори! Покажи, есть ли у тебя в голове хоть что-то помимо страха, смерти и похоти.

Уэстон смерил Рэнсома злым взглядом.

– Ясно… Удачный же вы выбрали день для того, чтобы стать предателем: в самый важный момент для человеческой расы.

Затем он повернулся в ту сторону, откуда звучал голос.

– Знаю, ты убить мы. Я не бояться. Вместо мы прийти другие, сделать этот мир наш…

Однако Дивайн, вскочив на ноги, перебил:

– Нет, Уарса, не слушать его! Он глупый, очень глупый.

Мы маленькие люди, хотеть только кровь солнца. Ты давать мы кровь солнца, мы улетать в небо, ты больше мы не видеть. Все, ясно?

– Тихо! – сказал Уарса. Свет, откуда шел голос (если его вообще можно назвать светом), едва заметно переменился, и Дивайн, съежившись, упал на землю. Потом кое-как поднялся, весь белый, едва дышащий.

– Говори, – велел Уарса Уэстону.

– Я не… не… – начал тот на малакандрийском и вдруг замолчал. – Нет, на их проклятом языке мне этого никогда не сказать! – добавил он на английском.

– Говори Рэнсому, он передаст твою речь, – предложил Уарса.

Уэстон считал, что час кончины близок, и потому был полон решимости поговорить о том, что интересовало его помимо науки. Откашлявшись, физик принял величавую позу и начал:

– Возможно, в ваших глазах я выгляжу обычным бандитом, но на моих плечах лежит судьба человеческой расы. Ваша племенная жизнь с каменными орудиями, хижинами, простецкими лодками и примитивным социальным устройством ничто по сравнению с нашей цивилизацией: нашей наукой, медициной, законодательством, армией, архитектурой, торговыми связями, транспортной системой, которая стирает границы времени и пространства! Мы имеем право вас вытеснить – право более развитой расы.

Жизнь…

– Минуточку, – сказал на английском Рэнсом. – Не так много, я за раз все не запомню.

И, повернувшись к Уарсе, начал переводить, правда, с большим трудом.