Космическая трилогия

Мне не дозволено передать их разговор, могу сказать лишь, что завершился он словами:

– Ты поведал мне больше чудес, чем я видел во всех небесах!

Затем речь пошла о будущем самого Рэнсома. Ему предложили либо остаться на Малакандре, либо отважиться на рискованное путешествие к Земле. Выбор оказался непрост. В конце концов Рэнсом рискнул положиться на волю судьбы и разделить участь Уэстона и Дивайна.

– Пусть любовь к ближнему не важнейший из законов, – произнес он, – однако ты, Уарса, говорил, что это тоже закон.

Если я не смогу жить на Тулкандре, значит, лучше мне и вовсе не жить.

– Ты выбрал правильно, – сообщил Уарса. – И вот что еще я скажу. Мой народ заберет с корабля все ваше странное оружие, но тебе его оставят. И эльдилы в глубоких небесах будут сопровождать вас до самого воздуха Тулкандры, а может, и дальше. Они не позволят тем двоим тебя убить.

До сего момента Рэнсому не приходило в голову, что Уэстон с Дивайном могут с ним расправиться – хотя бы ради экономии еды и воздуха.

Ругая себя за глупость, он принялся благодарить Уарсу.

Тот отмахнулся.

– За тобой, Рэнсом с Тулкандры, нет вины, кроме разве что лишней боязливости. И путешествием этим ты себя накажешь, а может быть, даже исцелишь. Тебе придется стать храбрым или сойти с ума. Впрочем, я возложу на тебя еще одно обязательство: после возвращения на Тулкандру ты должен будешь присматривать за Уэстоном и Дивайном. Они могут сотворить немало зла и в вашем мире, и за его пределами. По твоим рассказам я понял, что в ваш мир, в самый оплот Гнилого, могут попадать и эльдилы; он не столь закрыт, как считали мы на небесах.

Следи за этими двоими. Будь отважным, вступай с ними в борьбу. А мой народ, если надо, поможет. Не исключено, что мы с тобой еще встретимся, пока ты в этом теле, ибо неспроста Малельдил нас свел. Наверное, это даже положит начало новым переходам из одного мир в другой – хоть и не так, как рассчитывал Уэстон. Мне дозволено сказать тебе еще вот что: нынешний год – хотя на небесах годы считаются иначе – станет временем потрясений и больших перемен. Изоляция Тулкандры близится к концу. Грядут великие события. И если Малельдил позволит, я не останусь в стороне. А теперь прощай!

На следующий день три человеческих создания прошли сквозь толпу малакандрийцев, чтобы отправиться в рискованный путь. Уэстон побледнел и осунулся: любого математика вымотали бы столь сложные ночные подсчеты, а сейчас от точности результатов зависела его жизнь.