Мы правим ночью

Шрамы Аси было так же трудно не заметить, как протезы Ревны, а присущая ей холодность не слишком вязалась с образом секретаря.

Ася погладила рубцы на руках.

– Да, – сказала она, и желающих поспорить с этой девушкой с жестким взглядом не нашлось.

Потом свою историю поведала Ревна, рассказав, как ее застукали с поличным во время бомбардировки Таммина. Девушки сочувственно поохали и двинулись дальше. С каждым новым рассказом Ревна чувствовала, как у нее становится легче на душе. Ее все больше охватывало ощущение сопричастности.

Новые подруги Ревне нравились – уверенности не было лишь в отношении Линне, которая постоянно спорила и указывала, что и кому следует делать. Но с остальными был полный порядок. Больше всех ей приглянулась Магдалена. Все, что было у нее на сердце, тут же оказывалось на языке, да и, по правде, то, что было в мыслях, тоже. За ужином девушка поразмышляла вслух о перспективах нового урожая (в сложившихся обстоятельствах его можно будет считать хорошим), предсказала исход войны (закончится к концу зимы), раскритиковала Союз за склонность к патриотической поэзии (слишком слащаво) и обсудила с другими последний подарок Исаака Ваннина жене (медведя).

У Ревны ни по одному из этих вопросов не было собственного мнения, хотя об урожае она слышала самые разные мнения. Впрочем, Магдалену, похоже, это совершенно не волновало. Она могла говорить и говорить, никогда и ни с кем не споря. У девушки был такой веселый и добродушный нрав, что Ревне никак не удавалось представить ее в бою. И хотя другие сослуживицы подбрасывали все новые темы для разговоров, Ревна, помимо своей воли, думала только о Магдалене и ее шарме, с которым та непринужденно перескакивала с одного вопроса на другой. Ревна была так поглощена разговором, что почти забыла, как скучает по дому.

* * *

Рутина стала нерушимым распорядком. Ревна завтракала с Магдаленой, затем тренировалась с Тамарой и другими пилотами. Стараясь преуспеть в очередном задании, она каждый раз представляла, что прямо за углом прячется скаровец.

И никак не могла решить, ждет ли он возможности арестовать ее за использование Узора или же хочет выгнать за то, что она не может заниматься магией достаточно квалифицированно.

– Не падай духом, – сказала как-то вечером за ужином Магдалена, – глупо надеяться, что мы научимся летать на аэроплане за каких-то пару дней.

Но на что бы ни надеялись девушки, чего бы они ни желали, нагрузки у них были серьезные.