Проклятый город

Кожа лица болезненная – бледно-жёлтая: видно, как ручьями течёт пот со лба, а губы совсем бледные, почти прозрачные. Темные отросшие завитки волос неаккуратно уложены, большие глаза, как видится, дёргаются, а острый кончик нос побагровел. Незнакомец дрожит, будто только вылез из холодильника и еле держится на ногах. Боже…

Пришелец вяло тянет ко мне руку, отчего я, испугавшись, делаю шаг назад, и тогда тот, обессиленный, падает на колени, держась конечностью за грудь.

– Помо… ги… мне, – отрывисто повторяется парень, склонив голову к земле.

В горле образовался комок. Я подозрительно оглядываю его с ног до головы, пытаясь собрать пазлы в одно целое. Боюсь ли я его? Ничуть. Я боюсь другого, например, связано ли его появление с нападением на меня птиц? Этот город научил меня кое-чему: случайности здесь вовсе не случайны.

Делаю шаг навстречу, но тут же прерываю свой пыл, когда неизвестный поднимает на меня свои глаза – желто-зеленые, почти неоновые. Черт возьми… он не человек! Вмиг мои руки нацелились в его сторону, а сама я встаю в боевую стойку, сдвинув брови к переносице.

– Кто ты такой? – властно потребовала я представиться шатену.

– Помоги мне… – прохрипел он снова, оставив мой приказ без внимания.

Я решаюсь подойти ближе, при этом испепеляя существо взглядом.

– Повторяюсь: кто ты такой?!

Парень начал влажно кашлять, упав на локти. Он издаёт мерзкие звуки, словно его сейчас стошнит собственными внутренностями, и, судя по его внешнему виду, это вполне возможно. Ну и ну… Только сейчас замечаю огромную рану на его левом плече.

Кажется, его кто-то ранил ножом или топором, но суть в том, что рана очень серьезная. Она даже загноилась…

Неизвестный, изгибаясь, выкашивает какую-то слизь из своего рта, привлекая моё внимание, которое сейчас ничуть не сконцентрированное на чём-либо. Сегодня я рассеяна.

Его рвёт и рвёт, безостановочно. Слизь желеобразная, грязно-желтого оттенка, слегка прозрачная. Сперва я подумала, что это мокрота, но нет… Это совсем далеко от мокроты.

Наконец, незнакомец сплевывает остатки слизи и поднимает на меня своё страшно измученное лицо. По его подбородку стекает рвота, разбиваясь о землю, отчего я скорчила брезгливую гримасу и отвела взгляд. Что за ужас… Сглатываю слюну, слегка приоткрыв рот.

– Меня зовут… зовут… – и его вновь начинает трясти и рвать.

Он весь скрючивается и падает на левое плечо, не переставая блевать слизью. Не в силах больше стоять без дела, я подбегаю к нему и сажусь на корточки.