Маленькая слабость профессора

На каждое занятие я шла как на эшафот. Меня бросало то в жар, то в холод. А стоило ему посмотреть на меня или заговорить, казалось, что я сейчас просто умру. Странно, но он почему-то хвалил мои работы, приводя их в пример другим. Конечно, если я сдавала их вовремя. Так было в первую неделю. А вот на вторую… писать стало сложнее, в голове все время крутились сцены той ночи. Мозг постоянно подкидывать картинки, звуки, ощущения. Это невыносимо. Я включала музыку, пробовала писать одновременно с просмотром фильма, чуть ли не в транс себя вводила, но все без толку.

Пришлось даже просить отца перенести прием по случаю помолвки. Увидев, как я выгляжу, он быстро согласился. Сказал, что в таком состоянии нельзя показываться гостям, так что вечеринку перенести аж на месяц. Отец предположил, что этого времени должно хватить, чтобы адаптироваться. Очень настойчиво предположил. Так что выбора у меня нет. Придется приспосабливаться.

В последнее время я стала часто задерживать сдачу домашнего задания по журналистике, отговаривалась тем, что не успела распечатать или плохо себя чувствовала, или придумывала что-то еще.

Но. Судя по последнему занятию, мои отмазки больше не действовали. А писать становилось все сложнее и сложнее.

Очередную статью я закончила писать в пять утра и сразу же скинула Дмитрию Александровичу на почту. Подумала, что он, конечно же, не успеет проверить ее до утра – а утром должно быть занятие, – скажет, что я опять не сдала работу, а у меня будет ответ, что сдала. То, что он не успел проверить, не мои проблемы.

Удовлетворенная проделанной работой и предвкушая то, что будет на занятии, легла спать. Разумеется, долго поспать мне не удалось. В одиннадцать часов начиналась пара, поэтому в девять утра все же пришлось встать. Сделав крепкий чай, я села за ноут и не поверила своим глазам – у меня на почте лежала проверенная статья. Письмо пришло в половине восьмого утра. Быстро подсчитав в уме, пришла к выводу, что когда он получил мое письмо, то еще не спал, проверил его и отослал обратно.

Вряд ли он встал в пять утра, чтобы специально проверить почту.

– Черт возьми, – в сердцах воскликнула, – да что же вам не спится-то по ночам, как всем нормальным людям?

Тут же вспомнив, во сколько сама ложилась обычно спать, улыбнулась.

– А вы, оказывается, тоже полуночник, Дмитрий Александрович? Ну ладно, учту.

Злорадно хихикнув, стала смотреть, какие ошибки он нашел в моей статье…

Дмитрий Александрович навис, не сводя с меня глаз.