Обсессия

Где-то я этого человека уже видела…

– Я не хотел, чтобы ты сидела здесь одна, – отозвался он медовым тягучим голосом.

Я изогнула бровь и усмехнулась.

– Понятно. Значит, со стороны я выглядела жалко, – заключила я и поднялась на ноги, поправляя кепку на макушке.

Парень тоже выпрямился и спрятал руки в карманах. У него под губой расположилась маленькая родинка. Мило.

– Жалко выглядят люди без собственного мнения, а тебе просто грустно, – пожал плечами тот.

Закивала головой.

– Ты прав… Леон, – хитро блеснули мои глаза, и брюнет, которого поймали с поличным, уголком рта улыбнулся.

– Я думал, ты не узнала меня.

– Вообще-то, так и есть, – призналась я, – но потом я увидела твою родинку.

Леон учится со мной в одной школе, вдобавок мы посещаем общие уроки литературы и английского языка. Его я знаю ещё с младших классов: сперва он жил напротив дома Бьянки, а два года назад его семья переехала ближе к центру. Также можно добавить одну немаловажную деталь – Леон был влюблён в Бьянку, но подруга делала вид, словно не знала об этом, не имея цели смущать добродушного соседа.

– Ты в порядке, Агата? – спросил он серьёзным тоном, аж по конечностям пробежали мурашки.

– Конечно, – какая эта по счету ложь за сегодня?

Леон облизнул нижнюю губу, потёр ребром ладони красный кончик носа и зашагал к супермаркету.

– Врать – плохо, но я тебя прощаю. А насчёт той фотографии… Её разослала Дельфи, – сказал он на прощание, ожидая какого-либо ответа от меня.

Я проговорила несколько раз это имя, впадая в отчаяние и нежеланную панику. Если это реально сделала Дельфи, то, складываем два и два, фотографию она получила от…

– Нет, – сглотнула я, подняв напуганные глаза, – ты ошибаешься.

– Жаль, что это не так. Тебе пора проснуться, Агата. Проснись, не то на месте Бьянки скоро окажешься ты, – кивнул мне черноволосый, потянул на себя стеклянные двери и этим самым поставил точку в нашем разговоре.

Язык прирос к нёбу, голова закружилась, будто карусель.

Леон не мог так жестоко бросить правду мне в лицо, однако сделал это. С одной стороны, полежав дома и хорошенько пошевелив мозгами, я бы сама догадалась, тем не менее с другой… мне тяжело признаться.

В третий раз за сегодняшний день я почувствовала, что мне не по себе.

Глава 2

Ночка выдалась бессонной. Последствия – уродливые, хорошо выделяющиеся на фоне моей бледной кожи с веснушками, синяки и туманность рассудка.