Обсессия

И мне грустно, что тебе тоже плевать на Бьянку. Думаешь, раз она умерла, то теперь можно нести за неё всякую чушь? Мы должны защищать её до конца, Брайан! – вкрадчиво объяснила я, надеясь уловить в его повадках хоть какой-то намёк на соучастие и поддержку, однако брюнет просто периодически кивал, но только, чтобы поскорее отвязаться и замять тему.

Через десять минут машина притормозила у моего дома. Я взяла в руки сумку, заправила прядь волос за ухо и потянулась к ручке.

– Агата, – окликнул меня Мойс, и я нехотя уставилась на него, – ты же сделаешь это ради меня? Поговоришь с Кэндис?

Не хочу, не хочу, не хочу.

– Я подумаю, – уклончиво ответила я.

– Но только хорошенько. Я напишу тебе вечером, да? – парень потянулся за поцелуем, оставив влажный чмок на моей щеке, а после выпрямился, не убирая руки с кожаного руля. – До завтра.

– Ага, – бросила я, ковыляя к крыльцу.

Иномарка, посигналив, отъехала и скрылась за поворотом.

Бросив на тумбочку сумку и ключи, я неуклюже разулась и прошла вглубь дома, громко оповестив:

– Пап, я дома!

Никакого ответа, в связи с этим пришлось заглянуть в каждую комнату, пока не дошла до кухни.

Ну, естественно, стоило сразу догадаться, он, как обычно, здесь. Отец сидел ко мне своей широкой спиной. На нём спортивный черно-зелёный костюм, в руках городская газета.

– О, это ты, Эгги, – не поворачиваясь, произнёс мужчина, – как дела в школе?

Пристально рассматривая обстановку в комнате, подозрительно нахмурилась, поскольку на столе лежало много закусок, всякой еды и напитков.

На плите тушились овощи, отчего всё помещение пропахло помидорами и цукини.

– Нормально, – отмахнулась я, медленно шагая вперёд, – а что за праздник? Откуда столько еды? Ты продуктовый магазин ограбил?

Ухмылку с моего лица стёрла реплика со стороны кладовой:

– Не он, а я, – вышла из укрытия женская фигура, широко расставив руки и засмеявшись в своей манере: громко и с оттяжкой.

В глазах загорелись огоньки радости, а изо рта сам вырвался визг, после всего я побежала в объятия тёти и крепко сжала её хрупкие плечи.

Она ниже, и это умиляло меня.

– Брук!

– Сюрприз, – снова засмеялась тётя, – готова поспорить, что ты меня не ждала.

– Конечно, – заразилась чужим настроением я, садясь за стол, – в мире вспышки чумы вспыхивают чаще, чем ты приезжаешь к нам.

– Я погрязла в рутине, из которой выбираются раз в год.

– Значит, у тебя сейчас отпуск, – расправил шумно газету папа, вскользь поглядев на тётю.