Обсессия

Кажется, к ужину я не вернусь…

Глава 3

Я была в наушниках, поэтому не услышала, что ко мне стучались. Только когда Брук заглянула в комнату с вопросом «можно?», я стянула с ушей провода и положила руки на живот. На улице уже стемнело, я плохо ориентируюсь во времени, однако полагаю, что сейчас не больше шести.

– Вау, у тебя тут клёво, – пряча руки в задние карманы узких джинс, разглядывала стены тётя, – подростки ещё говорят «клёво»?

Она подошла к моему рабочему столику, восторженно мыча и внимательно рассматривая каждую пластину, разрисованные DVD диски, вырезки из журналов и прочее, как любит говорить папа, барахло.

– Ага, – вздохнула я, продолжая лежать и наблюдать за Брук.

– Ты не вышла к ужину, но я спрятала для тебя всё самое лучшее, – она улыбнулась, села на край кровати и на короткий отрезок времени замолчала, – ну, рассказывай. Как твои дела?

И я задумалась. Мы обычно не вникаем в суть этого вопроса, машинально отвечая «нормально», тем не менее я люблю раздумывать и анализировать.

За пару секунд я вспомнила цепочку событий уходящей недели или прошлого месяца, вспомнила сложности или радости, сопоставила их, искала ответ на вопрос с помощью чаши весов. Если светлых дней больше, значит, «все хорошо». А если наоборот, то сами понимаете.

– Да так, – чавкнула лениво я, – бывало и лучше.

– М-м, а как обстоят дела с Брайаном? Вы встречаетесь сколько? Два года уже, верно? – Брук перебросила ногу на ногу и опёрлась на левую руку, тепло глядя на мое, вероятно, опухшее лицо.

– Угу, два года, но знаешь…

– Что?

Я обняла вторую подушку руками и опустила её на грудную клетку, немного приподнявшись, чтобы хорошо видеть тетю. По ней заметно, что ей правда интересно узнать обо всем. Это показалось мне милым.

– Возможно, я просто накручиваю себя, но все изменилось. Я имею в виду, в начале наших отношений Брайан был совсем другим. Он постоянно интересовался моим мнением, спрашивал про мои увлечения, а теперь он как будто устал это делать.

Понятия не имею как так выходит, но любой разговор на любую тему каким-то образом сводится в конце концов к нему. Наедине мы обсуждаем в основном лишь его жизнь, словно… – грустно хмыкнув, я покачала головой и перенесла взгляд на завибрировавший телефон, экран которого загорелся. Пришла эсэмэска от Кэндис: она просит прощения.

Ух ты, удивила. Наверное, её заставили ребята, поскольку знают, что я бы ни за что не стала мириться первой.