Братство талисмана

 – Мы не стали рассказывать вам о ней, ваша светлость, поскольку, думается, все считали, что так будет лучше. Мы по-крупному повздорили с человеком по имени Лоуренс Бекетт. Вы слышали о нем?

– Как же, как же, – угрюмо усмехнулся епископ. – Да, более опасного врага, чем Бекетт, вы выбрать не могли, даже если бы очень постарались. Я никогда с ним не встречался, но слухами, как говорится, земля полнится. Он – чудовище в человеческом облике. Что ж, если вы с ним не поладили, пожалуй, вам и впрямь стоит попытать счастья в Пустынном Краю.

– Однако он тоже направляется туда, – заметил Джиб.

– Вот как? – Епископ подался вперед. – Почему же вы не сказали мне этого раньше?

– Отчасти потому, – ответил Корнуолл, – что Бекетт принадлежит к Инквизиции.

– И вы решили, что он пользуется доверием и поддержкой всех служителей Святой матери Церкви?

– Наверно, – пробормотал Корнуолл.

– Церковь многолика, – произнес епископ, – в ней находят приют самые разные люди, просветленные, как недавно опочивший отшельник, и, к сожалению, отъявленные мерзавцы.

Она слишком велика, и ей уже не под силу изгонять тех, кто ее порочит; она их не замечает. Среди ее служителей достаточно таких, без кого она вполне могла бы обойтись, и Бекетт – первый из них. Он прикрывает плащом инквизитора свои собственные неблаговидные делишки, применяет его для целей скорее политических, нежели духовных. Вы говорите, он направляется в Пустынный Край?

– Нам так кажется, – отозвался Хэл.

– Мы долго жили в мире, – сказал епископ. – Много лет назад гарнизон, стоявший в башне, покинул ее, ибо необходимость в войсках отпала. Десятилетия ничто не нарушало покой, а теперь… Я опасаюсь худшего. Хватит одной искорки, чтобы в Пограничье вспыхнула война, и, вполне возможно, Бекетт окажется той самой искрой. Послушайте меня: сейчас, когда Бекетт бесчинствует где-то по соседству, не время идти в Пустынный Край.

– И все же мы пойдем, – заявил Джиб.

– Тогда ступайте, – сказал епископ.

 – Похоже, ко мне пожаловала компания помешанных, переубеждать которых – лишь расстраивать себя. Будь я помоложе, я бы присоединился к вам, чтобы среди вас был хоть кто-то здравомыслящий. Но мои возраст и сан не позволяют мне сделать это. Однако я не останусь в стороне. Не годится идти к смерти пешком. Я дам вам лошадей и все остальное, что только понадобится.

Глава 17

Плакси и Оливер не скрывали своего возмущения.